Игрушка для кардинала

Самой Нейрис хотелось броситься отсюда прочь.

— Срочно доложить Третьему кардиналу и завтра же покончим с ним. Дело закрыто, поздравляю Мейвор.

Это был Четвертый, он зашел последним, гордо взглянул на творившуюся вакханалию, он явно был доволен.

Она успела развернуться до того, как кардинал протянул ладонь для рукопожатия, Нейрис влетела назад в комнату наблюдения, кто-то попался ей на пути, она лишь толкнула помеху в плечо и ринулась к автомату с водой. Нажав на кнопку, она смотрела на то, как пластиковый белый стаканчик наполняется содержимым.

— Ты в порядке?

Калеб Стоун. Действительно, кто же это мог быть еще? Она сделала неопределенный жест рукой, затем пожала плечами.

— Наверное.

Магичка шумно выдохнула.

— Наверное, — повторил он, а затем убрал её пальцы от кнопки, на которую она продолжала давить. Вода уже давно выбралась за край стакана и теперь лилась вниз по передней глянцевой стенке автомата, прямиком на носки её ботинок.

Нейрис сжала руки в кулаки.

Люди зачастую не знают, что они разговаривают с кем-то в самый последний раз, поэтому не придают значения своим словам, считают, что потом можно будет попросить прощения и все исправить или сказа  главное. Магичка знала, что шансов у нее больше не будет — закончились, но она сказала ему то, что сказала, и он ей — то, что сказал. Можно было лучше, но они оба не справились.

— Завтра его казнят, — она закрыла ладонью глаза.

— Да.

Калеб не пытался утешать или лезть в душу, он даже не пытался притвориться другом, который способен поддержать.

Простая сухая констатация факта.

— Мы можем уйти отсюда?

— Нет.

Ей пришлось подписать несколько протоколов, неглядя поставить закорючки, которые прервут жизнь Барри. Она плотно сжала зубы, чуть ли не до скрипа, когда Четвертый вновь выдавал пафосные речи на счет удачного завершения вечера. А потом Стоун, наконец-то, усадил её в машину.

— Почему они такие идиоты?

Калеб даже не дрогнул, он лишь сильнее вдавил педаль газа в пол.

Сквозь приоткрытое окно ворвался поток холодноего воздуха, отбросив волосы Нейрис на лицо, она попыталась убрать их, но те назойливо продолжали лезть в глаза, а затем она плюнула на это дело, склонив голову вниз.

Она чувствовала себя виновной.

— Они ведь не могли не заметить, что он одержим? — спросила магичка.

— Они предпочтут этого не замечать, чтобы никто не усомнился в виновности твоего учителя.