Игрушка для кардинала

Дети доверяют, им еще не известно, что такое предательство, поэтому ей легче проникнуть в их души. Проникнув, она начинает питаться, и дети начинают умирать…

Нейрис на секунду прикрыла глаза.

— Ты совершил ошибку, глупо отрицать это, ты был самоуверенным идиотом.

— Одержимым самоуверенным идиотом, — согласился он.

— Но ты поймал Отголосок. Ты сделал это, Барри.

Она хотела добавить, что для нее он будет героем, который налажал по-крупному, но все равно героем, потому что она не хочет помнить его неудачником, который наломал дров.

— Спасибо за все, Барри, — Нейрис замолчала, но потом набрав воздуха в легкие, продолжила. —  Им нужно чтобы ты признался. От того, что ты запер себя, в реальном мире ты все время молчишь, они не смогли собрать достаточно улик и им нужно твое признание.

— И все закончиться?

— Да.

— Я сделаю это.

— И еще, я хочу, чтобы ты знал, ты учил меня не сдаваться невзирая на обстоятельства и я не сдалась, я не собираюсь быть послушной собачонкой, я продолжу идти своим путем…

Она не успела договорить.

Нейрис хотела сказать еще многое, но просто не успела.

Падение.

Её отшатнуло, в реальности она лишь сделала шаг назад, опустив руки.

Барри по-прежнему сидел за столом, уткнувшись взглядом в ровную поверхность. Нейрис чувствовала натяжение цепи — ее персональная связь с реальностью, теплый воздух, а еще сердце перестало колотиться. Страх ушел.

Она вернулась на свое место, но садиться не стала, лишь уперлась ладонями в столешницу, наклонилась к заключенному и задала  единственный вопрос.

 

— Барри Уилсон, это ты убил этих детей?

Реакции не последовало, зрачки не шевелились, даже дыхания не наблюдалось. Затем он резко дернулся, вскочил, собираясь напасть на нее, Нейрис удалось увернуться, его короткие пальцы скользнули рядом с лицом.

— Хочешь убить нас, тварь?

— Барри Уилсон, это ты убил этих детей? — она снова задала вопрос.

— Думаешь это поможет, я вернусь… Я выживу… Я буду человеком!

— Барри Уилсон, это ты убил этих детей?

Он завалился на бок, упал на пол прямо со стулом со страшным грохотом.

Грудная клетка ходила ходуном, он словно не мог дышать, все пытался схватить ртом воздух, но не получалось. Но где-то межу отчаянными хрипами, Нейрис четко услышала «я убил их, я признаю свою вину».

Этого было достаточно.

В допросную уже ворвались люди, они окружили Барри, заслонили его так, что она видела лишь подергивающееся ноги. Её оттащили в сторону, и кто-то шепнул, что она молодец.