Скандал в Дуате

Затем, не долго думая, под испуганными взглядами сотрудников быстро накинула куртку и выскочила на улицу. 

Меня колотило от ярости. Сидя в машине, я осушила бутылку минералки. Только тогда немного пришла в себя. 

Вспомнилось, что забыла в офисе свои вещички, а также взять расчет. И заявление не написала. Могут выгнать за прогул, испортить напоследок резюме, они такие. Ладно, завтра заеду, когда успокоюсь. Вспомнила, что завтра здесь ожидается совет директоров, вся шайка соберется, и проблем с подписью заявления об уходе не будет.

Пусть только попробуют испортить мне резюме. 

Было начало третьего, Считай, весь день впереди. Твори, выдумывай, пробуй. Продышусь, приготовлю для Асика что-нибудь вкусненькое, а вечером отпразднуем мое освобождение от ига ритейла, лукавого и беспощадного. 

По дороге я заехала в магазин за бутылкой отменного шардоне. Погода не радовала, но полосатая жизнь налаживалась. Я еще не знала, какой именно станет новая полоса, но в тот момент была уверена, что все самое неприятное позади.

Осталось решить несколько мелких проблем, и передо мной откроется новая жизнь.

Судя по всему, в этот час Асик был дома. 

На вешалке я обаружила его куртку, а рядом чей-то рыжий полушубок. Уж точно − не мой. С некоторых пор шубы для меня − закрытая тема. 

− Асик, привет! Я дома! − крикнула я. − У нас гости?

На мое приветствие никто не отозвался. Я мельком заглянула на кухню, в гостиную и кабинет − никого. Я широко распахнула дверь спальни. 

На нашей супружеской постели, собрав одеяло на груди, сидела лохматая, перепуганная и совершенно обнаженная Ира.

 

Она выглядела как девочка, которую застали за поеданием припрятанной на Новый год банки дорогого экзотического варенья. Растерянный и красный как лобстер Асик успел-таки нацепить домашние шорты. Он закашлялся и неловко шагнул навстречу мне, споткнувшись о пуфик, тут же едва не распластался на ковре, но устоял.   

Немая сцена длилась не более минуты. Мне показалось, что прошли годы, потому что успела рассмотреть все, даже узор на моих любимых простынях.

Асик первым обрел способность говорить. Подтянув шорты, он заплетающимся языком произнес: 

− П-полина? Т-ты рано… 

− Извини, помешала, − ответила я, переводя взгляд с Асика на подругу и обратно. 

− А… я рада, что ты теперь все знаешь! − отважно пискнула Ира, поборов первый испуг. − Правда, Асик? Давно пора ей сказать. Чтобы все честно.

− Ну да, − промямлил муж. − То есть нет.