Повелители стихий: новая угроза

Голосок внутри подзуживал взять поднос и вместе с этим закончить бесплодную борьбу, уступить доктору, вернуться к привычному распорядку, где есть еда, книги, мягкая постель, нормальный сон… и кроме того непреложные правила, попытка несоблюдения которых будет строго караться. Денис понимал: отступить сейчас – значит признать своё полное поражение.

- Знаете, - проговорил он, - я так давно ждал этого момента, что, пожалуй, предпочту сначала пообщаться с отцом, а потом поесть.

- Очень интересно… - пробормотал Веккер. - Я думал, мы поняли друг друга.

- Конечно, поняли, - ответил Денис, на этот раз без притворной вежливости. – Я уж точно понял. Понял, что вы держите меня за идиота.

- Предполагалось, что ты вынесешь другой урок, - сказал Веккер как будто с разочарованием, – жизненно важный для тебя. Ты должен был уяснить, что условия здесь ставим мы.

- Я уяснил, - сказал Денис, - но не согласен с этим.

- Ох, ты не согласен! – с показной обеспокоенностью проговорил Веккер.

- В корне, - подтвердил Денис.

Лицо Веккера вдруг резко посуровело, в один шаг он сократил дистанцию между ними до пары десятков сантиметров – Денис инстинктивно вжался в стену.

Показалось, что доктор сейчас влепит пощёчину, но тот лишь ткнул его пальцем в грудь и злобно процедил:

- Всем плевать, на твоё согласие. Ты будешь делать то, что велено. У нас полно времени, совет наделил меня широчайшим спектром полномочий, так что если я захочу, ты отсюда не выйдешь никогда. Сгниёшь здесь - никто твоего имени даже не вспомнит. Надеешься на помощь своей сумасшедшей подружки или поехавшего папаши? Можешь расслабиться, они не помогут.

Твоя жизнь принадлежит нам, пойми это и смирись.

Веккер ещё раз окинул Дениса угрожающим взглядом, развернулся и пошёл на выход.

- Когда дозреешь, дай знать, - бросил он напоследок.

Если бы доктор мог хлопнуть дверью, он бы непременно это сделал – долбанул бы так, что поотваливались панели со стен, но у него такой возможности не было. Дверь за ним с мягким механическим шорохом вернулась на место, и Денис снова оказался в полной тишине.

Он продолжал стоять у стены, как оглушённый. Слова Веккера всё ещё эхом звучали в голове. Почему он сказал об отце? Дениса охватил страх: а что если и его папа, и Дарума тоже под контролем у IRCWA? У этого беспредела вообще есть границы?

- Думаете вам всё можно? - проговорил Денис, будто Веккер всё ещё стоял где-то рядом.

Злость и страх, чувство собственного бессилия и физическая боль, всё смешалось в нём адским коктейлем.