Мускан. Сердцу не прикажешь. История Кинии - 1

Люди согласно кивали и уже стали договариваться о том, что пока поезд стоит, нужно предъявить свои требования местной железной дороге.

Чтобы избежать этой мятежной толпы, я приняла решение всё-таки отправится в магазин за щербетом. В конце концов, в моём положении беглянки, мне стоит держаться подальше от любой движухи с участием большого количества народа.

Я торопливым шагом вышла с вокзала. Действительно, совсем рядом, по ту сторону забора, находился небольшой магазинчик с размашистой красной надписью "Съестное". Здесь буквально удушающе пахло индийской кухней.

Внутри магазина были многочисленные полки со снеками, напитками, но больше всего с упакованной в банановые листья обычной едой в холодном и ещё тёплом виде.

За прилавком сидела крохотная бабулька с крупными круглыми серьгами на крыльях носа. В сильно отвисших мочках ушей были тусклые кольца -серьги, которые шли по краю уха до самого верха. Я попыталась их посчитать, но сбилась. Старушка, обмахиваясь веером, грызла орешки, выплёвывая скорлупки в кулёк, она быстрыми движениями челюстей уничтожала лакомство.

— Здравствуйте! У вас есть манговый щербет?

— А? — старушка нахмурилась, от чего на её темной коже ещё сильнее проявились глубокие морщины, и подслеповато стала всматриваться в меня.

— У вас есть манговый щербет? — прокричала я.

— Сначала принято здороваться, — проворчала продавщица. — Опять эти попаданки. Ни воспитания, ни культуры у них нет.

Я снова поздоровалась, но она и в этот раз меня не расслышала.

— Сидели бы в столице, так нет же, расползаются как тараканы, мир им видите ли, нужно посмотреть, — старушку продолжала ворчать, пока медленно доползла до холодильника в нескольких метрах от меня.

— За счастьем всё скачут. А оно порой вот оно, рядом с ними. Только они, дурочки, даже не видят его, всё напролом куда-то бегут, преодолевают препятствия, с кем-то борются.

Я покраснела и принялась рассматривать ближайшую витрину. Очень хотелось достойно ответить на эту лекцию, но я понимала, что собеседница меня всё равно не услышит.

Скорее всего даже при идеальном слухе она бы всё равно меня не услышала.

Старушка вернулась за прилавок и бросила на него квадратный брикетик мороженого. Я вздрогнула от грохота. Пожалуй, стоило остаться на перроне и поучаствовать в назревающем мятеже.

Отсчитав нужную сумму, я положила монетки на потрескавшийся столик из тёмного дерева и забрала щербет. На душе скреблись кошки. Любая мелочь часто надолго расстраивала меня, выводя из душевного равновесия.