Страшная сказка

Мы гуляли весь день, бесцельно шатаясь по улицам прекраснейшего города, останавливались около мозаичных фигур Гауди, специально отправились смотреть на его, до сих пор потрясающие людей, дома….Дом Мило, дом Висенс, дом Бальо, Храм Святого Семейства, чтобы осмотреть все наследие маэстро не хватит целой жизни. Я застывала около каждого творения, поражаясь и восхищаясь полетом его мысли, плодами его причудливой фантазии, а Ник все тянул меня дальше, обещая, что вон так еще прекраснее, еще причудливее.

Заглянули мы и к гусям, толстые забавные, белые, как снег, с желтыми жадными клювами, они важно подходили к людям и с каким- то превосходством посматривая вокруг, ждали угощения, затем давая себя погладить, медленно поворачивались хвостами и отправлялись к следующим, жаждущим чудес.

Каюсь, я загадала желание быть с Браном. как бы мы не нравился нынешний Ник, я все равно мечтала о другом, и когда гладила гуся, поймала грустный, все понимающий, взгляд Ника. Конечно, он знал, он все знал и понимал тысячелетний вампир, помнивший еще римские сражения.

.

А вечером. вечером, после купания в море, мы возвращались в номер и. снова попадали в тот волшебный мир, который построил вокруг Ник, это удивительно, но мое тело предавало меня сразу же, как только он касался меня и я падала в этот водоворот ощущений, чувств, эмоций переполнявших меня..

Так прошла неделя, в то утро Николас долго смотрел на меня, я чувствовала сквозь сон, прежде чем окончательно разбудить меня поцелуем.

— Лизи, ангел мой, мы сегодня уезжаем. Пора свет мой.

— В смысле?

— Ты беременна, Лизи. Нам пора возвращаться, у меня очень много дел накопилось. Да и тебе нужно успеть в институт, если хочешь закончить все дела уже в этом году? — Странно, но он совсем не выглядел счастливым.

— Ты уверен. нууу, в беременности.

— Да. Ты понесла в первую же ночь.

Я задохнулась от возмущения:

— Ты знал, сразу же знал, что я забеременела? А зачем.

.

Горько улыбнулся в ответ:

— Я хотел разделить с тобой эти несколько дней моего абсолютного счастья. Хотел, что бы и тебе было хорошо. Лизи, тебе же было хорошо, свет мой?

Он настойчиво заглядывал мне в глаза, и я не посмела обмануть:

— Было..

Еще одна горькая усмешка:

— Но это ничего не меняет, да, Лиз? Ты все равно любишь другого и мечтаешь вернуться к нему?

Молча, развернулась и ушла в ванную комнату.