Дело о золотой маске

Глава 7

Покинув экипаж, Лидар остановился, воровато осмотрелся и проговорил:

— Ты… это… к Ирвине иди, она заждалась, наверное.

— Бросаешь друга в пасть дракону? — поинтересовался Итен. Госпожу начальницу он давно и прочно зачислил в ряды немногочисленных друзей, да и смел давно убедиться, что она вовсе не столь строга и жестока, как рассказывали когда-то зеленым выпускникам учебки, но шутить это ему не мешало.

Лидар посмотрел взглядом побитой и очень голодной собаки.

— Я на минуточку, — он понизил голос и кивнул в сторону кошейни на той стороне дороги.

Владелица заведения точно не прогадала, выбрав место в непосредственной близости от полицейского управления: маги — народ прожорливый и до сладкого особенно охочи. В подтверждение этого тезиса живот Лидара взрыкнул несчастно, настойчиво и совсем чуточку кровожадно.

— Между прочим, я дверь тебе чинил и немало сил потратил, Ит.

Вообще-то, Лидар мог одверить хоть весь Гранвиль без малейшего ущерба для собственного резерва, но говорить об этом Итен не стал.

— Ладно, — сказал он, — отпускаю. Ирвина меня точно не съест, а вот насчет тебя я как-то уже не уверен.

До крыльца он добрался без приключений, зато в дверях чуть не столкнулся с довольно примечательным смутно знакомым типом. Недавно Итен точно его видел, но, скорее всего, мельком, не заостряя внимания, и совершенно точно не общался лично.

Хорошо одетый, с безупречной осанкой и выверенными словно напоказ жестами. Имелось в нем нечто сильно неприятное, хотя лицо без натяжки удалось бы счесть мужественным.

Подобные типы нравились женщинам. Многие из них после романов с такими заявляли, будто все мужчины сволочи, и они больше никогда ни с кем и ни за какие блага общаться не станут. И пусть исключения встречались нередко, Итен не верил, что и в данном конкретном случае. Жесткая складка у губ типа говорила о непримиримости характера, острый прищуренный взгляд — о склонности к жестокости, выдающаяся нижняя челюсть — о властности и надменности. Холеный, высокий и представительный. Прозвище «истинный аристократ» разве лишь не написано на лбу большими буквами. А еще он пер напролом, словно ледокол, прокладывающий путь к обледеневшей гавани.

Итен когда-то очень любил посмеяться над историей о том, как некий капитан, услышав просьбу подкорректировать курс, пришедшую по магической связи, взбеленился и потребовал у говорившего свернуть в сторону самому.