СТРАХ – БОГ ТРЕПНИ И ЛЮБОПЫТСТВА

- А как же ты тут оказался?

- А! Ранили меня, вот ногу оторвало. – И афганец, задрав штанину, показал хромированный протез. – Отец дал денег и сказал: теперь лечись, потом учись.

- Ну, учись, учись! – Страх развернулся и пошел прочь от любителя русской классики.

- Русский! Эй! Русский!

- Чего тебе? – не поворачиваясь, спросил Страх.

- Прости, а?

- За что?

- Я всего троих русских убил.

- Посчитал, да? Аллах простит, я, к счастью, не Аллах.

Страх ускорил шаг, растерянный студент зло плюнул ему вслед и выругался на своем басурманском языке.

Страх успел разобрать последнюю фразу: "Что бы эта улица для тебя никогда не кончилась!"

Страху Лондон образца 1994-го наскучил за пару суток. Его раздражали толпы желтокожих туристов, слоняющихся табунами, крикливые стайки макаронников, бледные, выцветшие англичане и красивые черномазые, снующие вокруг на роликовых коньках. Он слегка нашкодил – в музее мадам Тюссо заменил все восковые фигуры. Теперь там стояли ничем не знаменитые образы чиновников советской эпохи, работяги и колхозники и даже зеки в ватниках и ушанках крысиного цвета.

Он огорчил толпу геев, стоявших в очереди в один из модных ночных клубов, превратив его в баню эссэрошного типа. В Сохо переделал все увеселительные заведения опять же в родные, южно-российские забегаловки, где вино наливали в банки из-под сметаны и метили донышко красной масляной краской, чтобы не воровали посуду. Страх расставил посты ГАИ на улицах Лондона во время проведения одного из фестивалей, подменил известную рок-группу хором МВД, а ряженых панков, похожих на анимационных хищников, переодел в райкомовских комсюков образца конца 70-х. На этом его фантазия иссякла. Завернув в одну из долго искаемых подворотен Оксфорд Стрит, он исчез.

Прощай, город Лондон, привет Одесса!

Все тот же год:1994-й.

На Привозе в постоянном наличии и широчайшем ассортименте всегда присутствовало чувство юмора. Весь Привоз – это огромный уличный партизанский театр, здесь играют нескончаемую пьесу.

Пьяный грузчик катит перед собой пустую тележку и орет заплетающимся языком: "Поберегись! Ноги! Ноги! Поберегись!"

Однако по ногам достается многим.

И вот он наезжает на маленького пожилого еврея. Тот невозмутимо, без гнева и боли, выдает этакий монолог: "Тебе что тут Северно-Ледовитый Океан? Тоже мне ледокол Ленин!"

- Простите, капитан, сбился с курса, штормит, – отвечает пьяный грузчик и, развернувшись к дверям овощного магазина, продолжает ледоколить.