Апостол Смерти

В один момент мне становится жутко любопытно – кто он? Почему люди так упрямо не хотят его замечать и почему, собственно, мне так хочется идти с ним? Я обгоняю его, ненароком налетая на людей, и улыбки тут же улетучиваются с их лиц. Они грубо отталкивают меня и бросают оскорбления мне вслед. Но мне всё равно.

Мне стоит больших усилий узнать его. Молодой парень одет в простые джинсы и белую рубашку. На нём нет ни одного украшения. Он не пытается выдать себя лучше, чем он есть. В глаза больше не лезет приставучая длинная чёлка.

Его волосы – не чёрные, а тёмно-русые – аккуратно подстрижены, и выглядит он приятно и ухоженно. Лицо уже не такое худощавое, как прежде, в нём нет нездоровой бледности и синевы. Я смотрю на его преображение, и прозвище «Хеллсинг» не может сложиться даже в моих мыслях.

А потом я замечаю, что он совсем не отбрасывает тени, несмотря на то, что солнце светит прямо в его затылок. Проходит мимо оживлённых магазинов жилого дома и не отражается в их зеркальных окнах.

Небольшой ветер колышет волосы и одежды всех прохожих, а к нему не смеет прикоснуться. Взглянув на девушку, которая резко отдёрнула от него руку, я понимаю – он не нужен никому. Даже этому миру.

Алексей останавливается и очень долго стоит посреди тротуара. Люди непринуждённо обходят его, и никто не смотрит в сторону одинокого парня.

Тут он поднимает глаза и наблюдает за небольшой группой людей, идущих навстречу.

Подросток весело рассказывает родителям историю школьных разборок, отец хлопает его по плечу, хвалит за смелость, мать взволнованно упрекает за неосторожность, но на её лице любящая улыбка.

Они проходят мимо, а мой проводник разворачивается и долго смотрит в их спины.

И вот, навстречу ему идёт девушка в белоснежном длинном платье, похожая на ангела без крыльев. Она единственная останавливается перед ним, смотрит с сочувствием и молчит. Тогда парень берёт её руку и, с надеждой глядя ей в глаза, прижимает к своему сердцу.

Они оба отводят друг от друга взгляд и стоят в полном молчании.

Но уже скоро Лера убирает руку и сливается с потоком безразличных людей, и мой проводник снова остаётся один.

Когда он продолжает прорезать толпу, я окликаю его и пытаюсь заговорить, но получаю в ответ лишь отсутствующий взгляд. Разворачиваюсь, чтобы пойти за ним, и вдруг обнаруживаю, что мы оказались в другом месте.