Апостол Смерти

Мой вопрос явно сделал Игоря уязвлённым. Наигранно посмеявшись, он опять задрал свой длинный нос и выдал:

– Да что я, камикадзе или мазохист, избавляться от единственного, с кем могу разговаривать? Все здесь собравшиеся лично знакомы с его милостью одиночеством и прекрасно могут меня понять. А он мог ещё и скрасить моё прозябание приятными подарочками и общением, если мне становилось скучно.

– Общением?! – Хеллсинг сдёрнул руки с ограждения и шатнулся в сторону Игоря. – Ты… ты, гад ползучий, со своей скуки… мне всю жизнь сломал! – Он резко обернулся ко мне.

– Он, как Антона убил, несколько месяцев меня преследовал, житья не давал, угрожал расправой, если я кому расскажу о нём. Вот я… я и начал бухать, как проклятый, и на дурь всякую подсел. Чтобы забыться, чтобы… И ни одна тварь даже не пыталась разобраться, что со мной происходит! Ну скатился какой-то там Хеллсинг, да и срать на него! Все только и могут что осуждать и учить жизни. Этот гад ползучий убил Антона и пообещал то же самое сделать со мной, когда наиграется! Я потому и пытался понять, зачем ты пришёл к Лере, чтобы разобраться, как избавиться от него! Я просто боялся за свою жизнь!

Хеллсинг воткнул в Игоря убийственный взгляд, словно осиновый кол в вампира.

– Я из-за тебя чуть Леру не пристрелил! Из-за тебя провалялся в дурке! Из-за тебя прошёл девять кругов ада!

– Ну так давай разберёмся по-мужски, – исказился злорадным оскалом Игорь. – Давай, ударь меня, заряди по морде. Отомсти уже хоть кому-нибудь за все свои бесконечные обиды, трусливое ничтожество! Вот он я, бей! Не бойся, я сдачи не дам, обещаю.

И с самой ироничной, издевательской ухмылкой раскинул в стороны руки.

Каждый мускул дёргался на покрасневшем лице Хеллсинга, но он не двигался с места. Тогда Игорь, ухмыльнувшись, подошёл к нему совсем близко и гипнотическим тоном заговорил:

– Да, Алёша, тебе пришлось несладко. Но ты можешь покончить со всем. Сделай то, что ты хотел. Переступи через эту преграду… и прыгни. Положи всему конец.

На мгновение меня обдало волной страха перед тем, что сейчас может произойти. Однако вместо того, чтобы безропотно подчиниться воле диктатора, Хеллсинг воспрянул и вдруг смачно плюнул ему в лицо. Как жаль, что плевок пролетел насквозь, а не растёкся по ненавистной роже.

– А я-то… дебилоид! – растерянно, не веря внезапно свалившемуся счастью, пробормотал Хеллсинг. – Оказывается, мог просто послать тебя нахрен. Рассказать о тебе Сумраку и откреститься.