Апостол Смерти

– Твой отец сам сказал мне, я вижу его, как мёртвый мёртвого! Это всё правда!!! Прекрати отрицать и мучить всю семью! Его дух не может обрести покой, пока ты изводишь всех своим глупым эгоизмом! Неужели тебе не ясно, что после всего, что пережила твоя мать, она заслуживает элементарного семейного счастья, чёртова ты эгоистка?!

Я не знал, что скажу всё это, потому что не думал о чувствах Катерины, пока из моих уст не вырвался крик чужой души, украшенный моими эмоциями.

Мелькнувший на секунду дух Глеба с надеждой поднял взгляд.

Роман и Демид не могли не заметить, как гнев Леры преображается в смирение и раскаяние. На полу со стоном зашевелился Хеллсинг. Майор сразу же оказался рядом, бесцеремонно вздёрнул его и усадил на пол, стукнув спиной об шкаф.

– Ну что, дегенерат хренов, в обезьянник поедем или в психдиспансер?

Парень пьяно щурился и едва удерживал на плечах лохматую голову. Он пролепетал что-то несуразное, икнул и вдруг с омерзительным звуком опорожнил желудок прямо себе на колени. Роман едва успел отскочить.

Я встретился глазами с Лерой. Она выглядела так, будто бы прожила бесконечно долгие, бессмысленные годы, полные беспрерывных страданий и чьих-то жестоких издевательств. Однако выглядела не обиженным ребёнком, а взрослой женщиной, осознающей и принимающей все трудности жизни. Не то соглашаясь, не то благодаря, Лера слегка кивнула мне и, пока майор за волосы тащил Хеллсинга в ванную, повернулась к некроманту и со сдержанной горечью доверительно проговорила:

– Так значит… будем братом и сестрой?

Демид поколебался, сел ближе к Лере и накрыл ладонью её лежащую на коленях руку.

– Лера… Хочешь верь, хочешь нет, я завидовал чёрной завистью, когда ты встречалась с этим психом, который и мизинца твоего не стоит. Ты заслуживаешь намного-много большего. – Он устало вздохнул и наконец посмотрел ей в глаза. – Дело здесь не в разнице в возрасте, как ты могла подумать, и не в том, что ты мне не нравишься – это не так.

Он говорил так вкрадчиво и убедительно, что мне и самому стало интересно, в чём же дело. Демид крепче сжал её руку, несколько раз провёл по ней большим пальцем и перешёл к главному:

– Я некромант, Лера. Главенство в магической общине требует от меня постоянной жертвенности. Магии смерти нужна полная отдача, физическая и духовная. Я просто не имею права на глубокие чувства и не имею права на собственную семью.