Самое тихое время города

Как будто там, внутри, стоял какой-то счетчик, монитор, сканер и сейчас он общупывал, просвечивал, просчитывал Игоря. Придется потерпеть. Может, Николай и правда гад, а, может, вовсе не гад, может, он такой же, как Игорь, и просто боится? — Ты считаешь, что счастье для всех возможно?

Игорь пожал плечами.

— Я не знаю. У каждого оно свое.

— Верно, верно, — кивнул Николай. — Верно. Дядя Костя счастлив, когда пьян и может порассуждать о Кастанеде, Борхесе и мескалинчике. А жена дяди Кости несчастна, когда дядя Костя пьян.

Где выход?

— Да знаю я, Коль. Все понимаю, не дурак. Но, как говорит наша мадам Сомоса, сделай мир чуть лучше вокруг себя, и улучшишь карму.

Николай рассмеялся.

— Ой, Игоряха, давай выпьем, а?

— Ну, давай, — рассмеялся Игорь. — Только не надо этих кухонных разговорах о мировых проблемах, ладно? За стаканом и на кухне каждый политик и философ.

— А чего это тебе не по вкусу стали кухонные разговоры? Раньше-то тебя как-то не пугали глобальные философские темы.

— Да и сейчас не пугают.

Только что переливать из пустого в порожнее? Все равно мы ничего сделать не сможем. Я ведь тоже повзрослел.

Николай снова рассмеялся, на сей раз так звонко и заразительно, что Игорь даже устыдился — не может Колька быть гадом. Не может! Все совсем не так!

— Тогда я моложе тебя, Портос! Я еще не оставил мысли сделать счастливыми всех!

Игорь помотал головой.

— Невозможно.

— Но почему? — Николай поднял брови.

— Ты же сам сказал — из-за противоречия наших счастий. — Он немного пожевал.

— Получается, что для того, чтобы каждый человек был счастлив, ему необходим личный мирок, где бы все подчинялось его понятию о счастье. Причем, еще бы менялось каждый момент.

Николай некоторое время увлеченно ел. Точнее, трапезовал. Игоря всегда поражало и даже уязвляло изящество Николая во всем. Ему было дано от природы то, чему Игоря без особого успеха учила с детства мать. Что делать, Портос он и есть Портос. И не стать ему ловким Арамисом и даже хитроумным д'Артаньяном. Хотя в их истории д'Артаньян-то как раз погиб, а вот Портос.

..

— Игорек, — сказал, наконец, Николай, не отрывая взгляда от тарелки. — Скажи мне, ты и правда удовлетворен нынешним положением вещей? Тебе нравится наш мир? Наше общество? Или ты просто смирился? Расслабился и получаешь удовольствие?

Игорь нахмурился. Коньяк сделал свое дело, и в нем начал пробуждаться Портос — подобный булыжнику, который трудно сдвинуть с места, но уж если столкнул, то беги с дороги.