Право на удачу

Он ясно понял: в футбол вот так и надо играть – легко, вдохновенно, весело. Играть играючи. В нас этого совсем нет, увы. Мы бегаем с каменной сосредоточенностью на лицах. Ну не умеем мы весело и легко. Пробудить в том же Васе это умение можно лишь вот так – ценой здоровья, а может, и жизни, десяти подготовленных специалистов. Да и то всего на несколько секунд…

Андрей принял мяч, замахнулся. Защитник успел вернуться, отчаянно летел к Андрею, стелился под удар. И Андрей не стал бить, убрал соперника на замахе – тот уехал по траве метра на три, и в глазах его полыхало отчаяние.

Теперь впереди были только ворота. И вратарь.

И тогда время остановилось. «Порядок! – прозвучал в голове голос Захара. – Молодец! Теперь давай, жми кнопку».

Тут же перед мысленным взором Андрея появилась кнопка. Она мягко светилась розовым. Нажать – легче лёгкого, Андрей потянулся к ней, и тут в поле зрения появилась дверь. Приоткрытая. За дверью мерцали отблески огня, и Андрей как заворожённый, не обращая внимания на крики Захара, заглянул в тёмный проём.

И замер, ошеломлённый увиденным.

В тёмном небе над стадионом бушевал в паутине молний огненный смерч. Покачивался, пульсировал светящийся столб, и мириады искорок носились вокруг, втягивались в воронку. А со всех сторон неслись новые и новые искорки…

Андрей оторвался от земли и полетел.

– Куда ты?! А кнопка? – кричал, чуть не плакал где-то далеко Захар.

«Да сейчас, сейчас, куда спешить-то? – думал Андрей, зарываясь в искрящиеся вихри, купаясь в них.

Андрей видел – от него требуется только нажать, и тогда смерч сделает всё сам, а он, Андрей, превратится в его орудие. Потому что искорки эти – миллионы воль людей большой страны. И люди эти сейчас здесь, с ним.

Светящийся столб принял Андрея, закружил. Андрей на секунду растворился в стихии, перестал существовать. А когда вынырнул, вдруг увидел Захара. На того наседал толстяк со сбившимся набок галстуком, в заляпанной соусом рубашке – из-под бровей сверкали маленькие глазки, оттопыренные уши налились кровью, там, где голова соединяется с шеей, шевелились под короткой щетиной толстые складки.

– Да я вас тут всех!.. Скажи ему: просрёт – даже в первой лиге никуда не возьмут! Лично прослежу!

«Чего он психует, – подумал Андрей, – время-то не движется».