Двойник

Репортер, который, похоже, испугался сестры куда больше, чем Андрея, дернулся и торопливо скользнул в сторону неприметной двери. Мгновение, и он уже исчез за ней.

- Вы уж извините, - растерянно пробормотала сестра. - Я этого паразита три раза отсюда выгоняла, так он, видно, с черного хода пролезть умудрился. Вы уж простите.

- Да ладно, - махнул ладонью Андрей. - Бог с ним.

Он глянул на стоящую перед ним девушку: - А вас как звать? Неудобно, ведь, без имени. Сестра да сестра... даже утку не попросить.

- Утку?.. - девушка хлопнула длинными ресницами.

- А у нас...

Тут до нее дошло, что пациент шутит: - Меня Марией зовут. А вы Андрей Питерский, я знаю. Я на ваш концерт ходила.

- Да? Ну и как? - поинтересовался Андрей. - Понравилось?

Мария открыла рот, очевидно, для того, чтобы произнести комплимент, но вдруг залилась краской. - Не очень... - выдохнула она правду и торопливо добавила: - Мне ваши последние песни понравились. Особенно - про облака. Ее ведь Егоров написал?

Андрей развел руками:- Ну, вам виднее.

Я же не помню ничего. Просто, вот, вышло.

- А вы не споете?.. - девчонка вновь хлопнула длинными ресницами. Несмотря на молодость, она явно знала о своей привлекательности и уже умела ей пользоваться.

- Да ну, - смущенно почесал в затылке Андрей. - Гитары нет, и вообще.

- А у нас есть. - тряхнула русой челкой Мария. - Мы в дежурке храним. Иногда, на праздник кто-нибудь играет.

- Хорошо, - не стал ломаться Андрей. - Только, чур, тапками не кидать, ежели что не так.

- Тогда я с девчонками из судебного после ужина к вам приду?

- Ну, если с девчонками, тогда конечно, - Андрей вдруг почувствовал себя совершенно здоровым.

Он еще раз улыбнулся симпатичной сестричке и вернулся обратно в палату.

Незапланированные визиты, на которые Андрей посетовал продюсеру, уже на следующий день получили весьма неожиданное продолжение.

У дверей его палаты возник хмурый субъект в неприметном сером костюмчике.

Гражданин, куда больше похожий на борца тяжеловеса, внешне безучастно сидел на специально принесенном ему стуле, который лишь изредка поскрипывал под его довольно приличным весом.

Однако визиты прекратились. Прекратились совсем. Мало того, по вине безмолвного соглядатая едва не сорвалось обещание, данное Андреем симпатичной сестре милосердия.

Попытка завести беседу с охранником не задалась. Сторож с трудом, словно выполняя тяжелую обязанность, назвал свое имя и категорически пресек малейшую попытку Андрея установить более дружественные отношения.