Девушка и зверь

Пришлось вести ее назад.

То же самое было со следующей драконихой, Банд. И она осталась равнодушной к призывам партнера. Но вот третья, тигровая Ости, выказала беспокойство, едва оказалась под открытым небом. Она так дергала головой, что Грета всерьез боялась, что у драконихи оторвется язык. Приходилось то и дело дергать за петлю, сдавливающую корень языка, чтобы боль немного отрезвила самку. Но все равно Ости так нервничала, что ее с трудом удалось втиснуть с загон. И там она продолжала топтаться на месте, шлепая хвостом и невнятно что-то ворча.

Язык ее дергался в пасти так, что ременная петля пару раз чуть не выскользнула из руки девушки. Грета, как могла, упиралась ногами в землю, дергая петлю – самка продолжала беспокоиться. А тут еще и самец заметил, что происходит что-то не то. Он прервал любовную песнь на середине и стремительно ринулся к земле. Миг – и он опустился возле Ости. Та закашлялась – трубить из-за связанного языка она не могла – и рванулась к нему навстречу.

От неожиданности Грета не удержала повод. Она успела только сделать пару шагов, когда ее нога запнулась обо что-то, и девушка рухнула на утоптанный до твердости камня плац, ткнувшись носом в землю и выпустив петлю из руки. Получившая свободу Ости галопом кинулась к самцу, а Грета взвыла от боли. Ей показалось, что у нее сломан нос.

Шум и крики обрушились на девушку, как водопад. Почти ничего не видя от слез, оглушенная болью, она как сквозь вату слышала рев драконов и крики людей.

С трудом ей удалось подняться, и, прижимая ладони к лицу, она сквозь ресницы видела только размытые пятна – два огромных, слившихся в одно, непрерывно двигающихся, переливающихся, перетекающих друг в друга, как в калейдоскопе, тела и еще несколько пятен поменьше, которые с криками метались рядом.

Кто-то яростно затряс ее за плечо. Что-то заорал. Грета замотала головой.

- Очнись, дура! Очнись! – разобрала она.

Девушка что-то пролепетала.

- Ты в порядке? – это был другой голос, потише, смутно знакомый.

Злости в нем было меньше, и Грета всхлипнула.

- Не реви! Вставай!

- Ты… ты идиотка! – снова встрял первый. – Смотри, что наделала? Ты…

- Погодите! Она в крови. Девушка не…

- Не виновата? – разорялся первый. – Ты только погляди…

- Вижу! Грета?

- Штольц, ты уволена!

Это прозвучало так неожиданно, что она словно проснулась.

- Что?

- Уволена! – над нею маячило багровое от ненависти лицо бригадира Тернера.