"Знаки ночи"

- Заключенные его строили, в конце тридцатых, по большей части политические – отчего-то с долей злорадства поведал нам старикан – Воры – они социально близкими значились, а эти умники никому тогда не нужны уже были, ни живые, ни мертвые. Тут и сейчас, если поглубже копнуть, либо череп выкопаешь, либо кости. Так что для призыва зверюки из небытия здесь все замечательно подходит. А ей и в радость! Тем более что на закуску еще и душа человечья с сердцем достанется. 

- Все равно непонятно – гнул свою линию я – Ну ладно, мы с вами знаем, что тут вода, а там погано.

Но остальные-то? Арендаторам-то откуда ведомо, что за этим всем есть вот такая подоплека?

- Народная молва, приметы, традиции – объяснил мне Нифонтов, и призрак соглашаясь с ним, кивнул – Здесь товар всегда в порядке, а там, небось, то все сгниет в одну ночь, то подмокнет, или еще что. Да, старый? 

- Так и есть – подтвердил призрак – Не всегда и не все, конечно. С той же тяжелой техникой ничего не будет, что ей сделается? Но вот с чем попроще – это да, всякое случается.

Особенно тканям достается. Последним трясинным царем здесь колдун был, которого в этом самом болоте живьем утопили. Руки-ноги местные крестьяне ему связали, сукном крепким обмотали, да и сунули в чарусью вперед головой. Правда, потом пожалели, конечно. Помереть-то он помер, да больно крепок душой оказался. Прибил местного трясинника, и сам его место занял. Ох, много народу в этом болоте смерть нашло! А уж когда его осушали, что он творил! Я, кстати, до той поры, пока порт не построили, сам под кочками полтора десятка лет прятался, чтобы он меня не учуял. К такому в рабство попадешь – света не взвидишь!

- А что с ним потом стало? – полюбопытствовал я – После того, как болото осушили?

- Нет болота – нет трясинника – со знанием дела пояснил мне призрак – Колдун-то он был колдун, да ведь договор со стоялой водой никто не отменял, тот что он после смерти старого трясинника заключил. Воде стоялой души, что он загубил, а та ему за это жизнь вечную и власть безграничную над болотом.

А как стоялой воды не стало, так и он окочурился.

Чем дальше, тем больше новой информации. Теперь вот какая-то «стоялая вода» появилась. Нет, интуитивно я понимаю, о чем идет речь, но все равно ощущаю свою тотальную неграмотность в восприятии этого нового для меня мира. Хотя это нормальное ощущение, на самом деле. Если человек попадает в новую для себя среду и через пару дней говорит, что ему уже все понятно и привычно, то он непременно врет.