Девушка с волшебным платком

— Может, худ уже нажрался до отвала, и жертвы ему больше не нужны? — мрачно предположил Леха.

— Нет, — возразила Катя. — Худы алчны и ненасытны, сама идея того, что силы может быть достаточно и больше не нужно, противоречит их природе. Они всегда готовы схватить еще одну жертву. А те, кто уже один раз ускользал из их хватки, для этих чудовищ лакомее других.

— Тогда где же он? — резонно поинтересовался Леха. — Почему до сих пор тебя не учуял? Ты никакую еще диковинку снять не забыла?

Он посмотрел на Катю испытующе.

Но Катя была абсолютно уверена, что ничего такого на ней не осталось. Все диковинки, кроме пояса, она, зная, что собиралась сделать, заранее поснимала дома. Даже сережки, которые родители несколько лет назад подарили ей на совершеннолетие, сняла, потому что они вроде как приносили ей удачу, хотя, по маминым словам, их никто вовсе не зачаровывал. Пояс же был необходим Кате, чтобы Ворона не добралась до нее раньше худа. Катя сама, конечно, давно хотела с ней встретиться, но тут все-таки очень важно, кто кого поймает.

Кстати, Ворона ведь и сейчас могла появиться откуда угодно и в очередной раз напасть. От этой мысли Катя испуганно замерла — только этого им с Лехой и не хватало. С другой стороны, Вороне досталось два — или по крайней мере полтора — удара богатырской палицей. Не шутка, даже для накачанной чужой силой премудрой. Можно было надеяться, что еще некоторое время она будет занята собой и досаждать Кате с Лехой не станет.

Но не очень долго.

Так что стоило поспешить и скорее проникнуть в логово худа. Но как заставить невнимательное и медлительное чудовище напасть на себя? Как сделать, чтобы худ ее заметил? Катя в растерянности огляделась. Но никаких подсказок в мрачном зимнем дворе не находилось. Даже фонари и огни новогодних елок, заметные во многих окнах, казалось, светились как-то совсем тускло, отражая Катино настроение.

И тут ее осенило! Она ведь была премудрой, а значит, обладала возможностью в любой момент выпустить в мир часть собственного волшебства, заставить все вокруг искриться и сиять. Ей даже следовало поступать так время от времени, особенно в традиционно волшебную предновогоднюю пору. Но Катя слишком привыкла скрываться, таиться, делать вид, что ее нет — словом, не привлекать к себе внимания.

Но все эти привычки появились недавно.