Девушка с волшебным платком

А так-то у нее было довольно сил, чтобы и за пять минут сотворить такое, что самое тупое чудовище не могло бы не заметить ее присутствия и не соблазниться волшебством, настолько мощным, ярким и вкусным. Катя подавила дрожь — рассуждать про свою силу, а значит, и про себя, как про еду, было неприятно.

Леха заметил что-то и взглянул на нее вопросительно. Катя ободряюще ему улыбнулась.

— Я придумала, что делать! — объявила она. — А ты, главное, держи палицу наготове.

Ведь главной ее целью было вовсе не самой угодить в логово худа, а доставить туда Леху для битвы и победы.

— Само собой, — ответил тот, в очередной раз покачав своим сегодняшним оружием, с которым, казалось, успел уже совсем освоиться.

Катя достала волшебный платок и взмахнула рукой так широко, как только могла, отпуская свою силу вовне, но не намечая ей никакой конкретной задачи: пусть выйдет в мир и разольется свободно. Как птица знала куда лететь, ветер — куда дуть, а вода — куда течь, так и волшебство знало, где оно нужнее всего.

Где именно теперь не хватало одного лишь маленького толчка, чтобы что-то в этом мире стало на шаг ближе к гармонии, в чью-то жизнь вошла радость, а с кем-то не стряслась беда.

Один взмах. Другой. Третий. Отзываясь на Катину силу, ярче вспыхнули уличные фонари и засияли гирлянды в окнах квартир, и даже искры отраженного света в снегу засеребрились виднее. Неожиданно в отдалении раздался грохот запускаемых фейерверков, и в небе начали расцветать разноцветные зонтики огней — красные, золотые, зеленые, голубые и фиолетовые.

Катя чувствовала, как ее волшебство сплеталось и с ними тоже, вспыхивая на краткий миг в вышине, у всех на виду, и устремляясь обратно к земле.

Новый взмах. И еще один. И еще. Вот с Катей заплясал зимний ветер, взметая снег из-под ее ног и играя волосами. Поднимая высоко в небо заветные желания людских сердец, принося на своих крыльях благие перемены и отгоняя прочь старые горести.

Взмахи платка становились все чаще и смелее. Их уже стало трудно сосчитать, и откуда-то послышалась тихая нежная мелодия, лаская сердце и обещая, что все будет хорошо. Музыканта не было видно, но не возникало сомнений, что он сейчас улыбался, светло и радостно.

Катя танцевала, забыв о страхе и усталости, о ворохе проблем, к решению которых она до сих пор даже не приблизилась, о неудобных скользких сапогах — обо всем.