Окаянное Золото "Клад Берендея"

"И с чего это я вдруг замандражил"? - удивился Терехов. Смело прошагал по скрипучим некрашеным половицам и дернул дверь, ведущую в дом. Увы. Та даже не шелохнулась.

Владимир вытащил связку и начал елозить ключом по истрепанному дерматину.

Он озадаченно уставился он на дверь, не сумев отыскать ничего, похожего на замочную скважину: - А как открывать-то?

Подергал ручку, стараясь определить, где находится замок, но тут же выпустил теплую железку из пальцев. Дверь оказалась не заперта.

"Чудеса продолжаются".

- Вовка сжал зубы, и рванул на себя. Прыгнул через порог, не дав себе труда осмотреться.

Крутанулся вокруг, готовый ко всему: Отразить нападение, увернуться от падающей балки... Да мало-ли каким сюрпризом может огорошить столь "гостеприимный" дом.

Ни прыгать, ни ставить блок не пришлось. Перед ним была обычная деревенская хата. Шибанул в нос запах сырой штукатурки, пахнуло лежалой золой, еще чем-то медицинским, с валериановым ароматом, но и только.

Комод, круглый стол посреди комнаты, три стула с гнутыми, венскими, как их еще называют, спинками.

Ходики на стене... Окно с засохшей геранью. Абажур под серым от пыли потолком.

Все мирно и безобидно. Скучный, небогатый мирок одинокого старого человека. Все в цвет. Даже матерая, литровая кружка, словно забытая кем-то на черной от времени полке буфета.

Владимир выпрямился, опуская руки.

" Напридумывал, вот и почудилось". - Отыскал он вполне логичное объяснение.

Шагнул вперед, начав осмотр нового жилья. Заглянул мимоходом в приоткрытую дверь и почувствовал, как ухнуло в пятки сердце.

В полутемной спаленке, на широкой кровати с блестящими никелированными спинками лежал человек.

Восковое лицо, седая, уложенная на груди борода, заострившийся нос. Все говорило о том, что старик мертв. Однако более всего сразила случайного наблюдателя, горящая в сложенных на груди покойника, свеча.

Легкое пламя покачивалось от движения воздуха, чуть коптило и вздрагивало.

-М-м-м... - Промычал Владимир, чувствуя, как встали торчком волосы на голове.

Попятился, не в силах оторвать взгляд от дикого зрелища, однако пятка зацепилась за непонятно откуда возникший на пути половик, и он больно хлопнулся на пятую точку.

Владимир сидел посреди комнаты заброшенного деревенского дома, глядел на оранжевый огонек, горящий над синеватыми кулаками, сжимающими восковой стебелек.

Попытался поднести сжатые в щепоть пальцы ко лбу, но исполнить благое намерение оказалось не суждено.