Однажды они возвращаются

– Что говорят твои предчувствия?«Мудрое решение», - с облегчением в голосе произносит Дина. – «Его нельзя остановить. Равно, как и попытаться помочь. Это будет выглядеть смешно».Действительно, смешно. Только вот смеяться будет некому. Дина права: впереди неизвестность, и шансы уцелеть здесь ничтожно малы. У меня внутри не меньше Тьмы, чем у остальных обитателей Тени. Если ее не станет, то их тела превратятся в прах. А что будет со мной? Что будет с Диной?Я знаю, что осталась последняя возможность спастись.

Пока еще не поздно. Пытаюсь сконцентрироваться, ищу в окружающем меня пространстве мельчайшие частички Света, крохотные фотоны в вечной черноте Вселенной. Они есть, но в таком малом количестве, что обнаружить порой бывает очень сложно.Закрыв глаза, стою неподвижно. Дина мне помогает, показывая среди чудовищной массы темной материи крохотные светящиеся звездочки. Я смотрю взглядом Плетельщицы, что позволяет четко определить расстояния до них. Ее Искусство безупречно. Еще одно усилие, и искры начинают приближаться, собираясь передо мной в общую светящуюся массу. Но их слишком мало, чтобы инициировать процесс перехода. Нужно больше, гораздо больше…И в следующий момент земля вздрагивает, слышится треск разрываемого асфальта, где-то рядом бьются оконные стекла. Затем я вижу, как снизу медленно поднимается бушующий океан белого пламени. Тьма начинает шевелиться, ворочаться, потревоженная у самого основания.Света становится так много, что в нем можно утонуть. Одна яркая вспышка, растянутая во времени на несколько минут. Или часов. Тот, кто выпустил Свет, может заставить его замереть навсегда.Ученик выполнил свою миссию, а я должен выполнить свою. Теперь достаточно частиц, чтобы завершить начатое…* * *Город еще спит, закутавшись в предрассветные сумерки. Мимо проезжают редкие машины, в темных громадинах домов горят одинокие прямоугольники окон. Время тишины и покоя. Время, когда жизнь останавливается, чтобы через каких-то пару часов вновь начать свой стремительный бег. Я иду по тускло освещенной алее. Ночью был снегопад, и все дорожки теперь покрывает тонкий слой снега. Словно чистый лист бумаги, на котором можно рисовать. Мои следы тянутся по нему неровной вереницей, нарушая белый покров. В детстве рисунки на снегу были куда интереснее.«Мне пора, Миша», - голос Дины звучит как-то особенно. В нем присутствуют и печаль, и радость, и предчувствие свободы. – «Я и так задержалась, нужно торопиться.