Молчание насекомых

Вскоре от боли она потеряла сознание, но лишь на миг. Еще через секунду она уже выпорхнула прочь сквозь прореху в москитной сетке, которую как будто случайно проделала для себя кухонным ножом. Она все понимала, догадывалась. Угроза Магистра Насекомых сбывалась, зря она раньше не верила в магию.

Ведь Аглая уже давно чувствовала в себе легкокрылое создание, томящееся в тесном заточении человеческого тела. Наконец ее кокон оцепенения распался.

Она устремилась в ночь, увлекаемая порывами ветра, легкая сизая бабочка-пяденица.

Больше никто не изводил ее ревностью, никто не обзывал «дурой». Но и свободы она не обрела: порывы холодного ветра очень скоро прибили ее к земле, едва не ломая тонкие посыпанные узором пыльцы крылья. Бабочки не живут холодной зимой.

Похоже, она умирала, распростертая на мокром асфальте, наставали последние мгновения. Но она ни о чем не жалела, впервые за долгое время ощутив чарующую бессмысленную свободу. На настоящую свободу она оказалась неспособна.

— Аглая… Аглая… Зачем же ты так? — тяжко вздохнул Магистр Насекомых, склоняясь над ней.

***

И паришь ты на стылом ветру, растрепанная и немая. Кто же сделал это с тобой? Ох, Аглая-Аглая-Аглая.

Да, это сделал я, ненамеренно, но обманул. Что думаешь? Я ужасен и зол? Не так ли? Но я пытался ее спасти.

Просто не давай при мне таких обещаний, прошу тебя! Для заключения контракта с моей магией не требуется бумага, лишь искреннее желание связать себя невыполнимым обещанием.

Аглая теперь бабочка в моей коллекции, которая грустно порхает среди коробок и аквариумов. Я не держу ее в клетке, но она не улетает. Чаще, чем остальным, я позволяю ей питаться моей жизненной силой, чтобы побыть в человеческом теле.

Нет-нет, не подумай, мы просто друзья. Вернее, несчастная пленница и не менее несчастный палач. Скажешь, я не лучше тех, кто над ней издевался?

Думаешь, я мог бы расторгнуть контракт? Но моя магия так не работает. Обращение неизбежно случится, если нарушить обещание.

И порой мне кажется, Аглая желала такого исхода, чтобы не совершать больше ошибок, чтобы сохранить хоть немного теплоты в изорванном предательствами сердце. Порой приходится спасать людей от самих себя.

Скажешь, проживание в инсектарии — это не спасение? Пожалуй. Но, возможно, однажды я освобожу ее. Возможно, однажды я сам освобожусь.