Ведьмочка

Особенно если учесть, что ни по какому метеопрогнозу это не ожидалось.

Нам с Люсей в тот день повезло, даже подфартило: мы возвращались домой как две "королевы"-старшеклассницы - в лучах главного прожектора нашей планеты. Асфальтовые дорожки с горем пополам подсохли, но на обочину лучше было не ступать: утонешь. Да не очень-то и хотелось. Кое-где ещё лежали грязно-серые нечесаные сугробы-псы, набросанные за зиму дворниками. Сошедший же снег обнажил все краски человеческих предпочтений и вкусов: газеты, пакеты, фантики, упаковки от чипсов, орешков, сухариков, бутылки и банки из-под пива – всё грязное, свалявшееся, разбухшее от влаги, пролежавшее под снегом всю зиму.

Всё это ярким натюрмортом лежало на мокрой земле или плавало в лужах и почти в голос орало: "Уберите нас, ЛЮДИ!!!" Убрать-то уберут, но сам факт, что рядом, примерно в тридцати шагах находилась помойка, а тут такое!... Никогда не понимала.

Мы шли мимо какого-то старого магазина, давно закрытого и так и не нашедшего себе новых хозяев. Где-то совсем близко лаяла собака, бешено, захлёбываясь, и, судя по звуку, мы к ней приближались.

Когда мы с Люськой вышли из-за угла, свернув на тропинку между домами, то увидели огромную овчарку. Она, припав на передние лапы, с пеной из пасти облаивала забившегося в угол… котёнка! Ещё совсем маленького, серого, взъерошенного, от ужаса ставшего похожим на крошечный шарик мышастого цвета. За уже охрипшим завывающим лаем пса не было слышно его отчаянного писка. А в пяти шагах позади этой зверюги, держа её за поводок, но не "на поводке", стояли двое мальчишек.

Просто стояли, ослабив привязь, улыбались и, переговариваясь о чём-то, кивали на эту картину. В тот момент мне поплохело. Мы встали как вкопанные и, хотя были довольно далеко, заметив нас, один из этих нелюдей крикнул:

- Валите отсюда, коровы!

Его собака на секунду отвлеклась на нас и снова зашлась бешеным лаем, всё ближе подбираясь к ополоумевшему от страха серому малышу. И в этот момент…

Она бежала с диким визгом, с небольшой палкой в правой руке, с растрёпанными чёрными волосами.

Бежала прямо по грязи, утопая и оскальзываясь.

- Яра! Нет! – в один голос заорали мы с Люсей, но она не услышала. Два подонка, неожидавшие такого, так и замерли с открытыми ртами. И когда палка со всего размаха опустилась на спину овчарки, переломившись почти пополам, та, взвизгнув, подпрыгнула на месте от неожиданности, развернулась в воздухе и сомкнула челюсти на худенькой ручке, сжимающей в кулачке обломок.