Напряжение

Страшно?

— Н-но человек ведь не обязательно будет… делать это все?

— Дар влияет на мозги, — постучал сторож пальцем по виску, — поэтому, кстати, слово аристократа нерушимо. Они воспитываются через честь рода, для них немыслимо переступить через слово, это часть их души. А если в душе человека — скука, то вся его жизнь превратится в постоянные поиски новых впечатлений. Самые доступные из них, при наличии силы и власти — война, страдания других людей. Он не сможет ничего создавать — потому что это долго и скучно… Поэтому я… испугался, когда тебя увидел сегодня, — завершил он.

— А любопытство и дар — они дружат? — стало мне любопытно.

— Хм, — почесал он затылок, — не знаю даже. Вроде ничего страшного вспомнить не могу. У Целителей — сострадание и любовь, — еле слышно начал перебирать он, — у Палачей — голод…

— А у ученых?

— У ученых, чтобы ты знал, гордыня чаще всего, — почему-то подмигнул он. — Там ведь деньги выбивать надо, на исследования, а для этого характер надо — ого-го! На одном любопытстве далеко не уйдешь.

Даже клановые ученые, вот у кого денег точно хватает, те тоже на Чести и Долге. Все ради Рода, все во славу Клана! Так что про любопытство сам узнавай… да ты и узнаешь — дар заставит.

Через две недели Семен завершил год со всеми пятерками. А еще через день весь, казалось, интернат провожал двух человек — большого, с клюкой, неуклюже ковыляющего к ограде по мощеной дорожке, и маленького, с портфелем в одной руке и рукой нового отца в другой.

Та рука, как все знали, сторожа не слушалась, да и сам он был калекой — о чем зло шутили себе под нос старшеклассники, по пояс высовываясь из окон. И завидовали — как и все остальные. Потому что у них не было даже такого папки.

А меня перевели в старшую группу. Оказывается, не полагается ребенку жить одному, а я выгляжу достаточно взросло, чтобы занять койку в большом зале на третьем этаже.

Я только успел перенести одеяло на новую постель и расстелил простыню, как на матрас напротив бухнулся темноволосый крепыш с наглыми карими глазами.

Мазнул по нему взглядом — вроде бы с Семеном в одном классе учился, и они даже дрались. Значит, мстить собрался. Между тем, парень положил ногу на ногу и принялся демонстративно меня разглядывать.

— Говорят, ты хороший парень. Калеке помогал? В сортире пальчиками придерживал, а? — осклабился желтой улыбкой местный.

На потеху подошла вся комната, с интересом ожидая продолжения беседы.