Эксперимент 19-W

— Сраный разлагант!

Мужчина кивнул. Со стигмой разложения, если та сосредоточена на отравлении воздуха, им ничего не сделать. Он бросился к двери. Дернул, осмотрел лестничный пролет.

— Чисто, — сообщил он. — Уходим.

Младший из наблюдателей попытался помочь Ли: из-за предельной близости к отравленному потоку она теряла чувство координации. Парень ее подпер, продев руку под плечом. И вдруг...

В тот короткий момент, когда они были напротив окна, Ли, сначала почуяв воинским наитием, а потом и заметив в последний момент снаряд, крутанулась с парнем, отодвигая его себе за спину.

Спустя мгновение в бок вонзилась здоровенная железяка в форме наконечника копья. Удар был такой силы, что парень по инерции тоже шатнулся в сторону, насилу удержав и равновесие, и Ли.

— Проклятье! — выкрикнул второй наблюдатель. Бросился к девчонке и напарнику. Они вдвоем подтащили Ли к выходу. Снаряд засел глубоко, переломав несколько ребер. Остекленелые глаза Ли смотрели перед собой, не двигаясь. Возможно, от шока.

Она выдавила кое-как, почти неслышно и булькая:

— Ух... ход...ите, — и застыла.

Старший из наблюдателей взвесил ситуацию и, сцепив зубы, кивнул второму (тот осмотрелся и положил виинтовку на пол — что ему с ней делать?). У него в глазах уже плыло, дышать становилось труднее. Им надо выбраться на воздух, девчонке уже не помочь. Оставив все как есть, они наспех покинули позицию, надеясь, что выход внизу не перекрыт каким-нибудь госстовским завалом или не заминирован.

Снаружи ситуация складывалась не лучшим образом.

Еще до того, как капитану сообщили о смерти второго снайпера, он запросил подкрепление. Оно медлило. Медлило, когда было так отчаянно нужно!

Третий из вражеских госстов, метаморф, превратился в демоноподобную тварь: большущий, с непробиваемой шкурой цвета красного кирпича, с когтистыми мощными руками, которыми он ломал оружие и заживо отрывал куски от людей. Пули скользили по нему и с жалостливым звуком отскакивали или осыпались вниз. В несколько животных рывков он продвинулся вперед и поймал за горло ближайшего военного.

Сдавил, на месте растерев вражеский хребет в кашицу. Увидев это, пулеметчик у станка неподалеку неистово завопил и с выпученными глазами зажал спусковой крючок. Пулеметная лента летела в госста, заставляя его ежится, морщиться и стараться как можно быстрее прорваться к стрелку. В какой-то момент он даже дернулся, развернувшись боком, как если бы пытался прикрыть жизненно важные органы.