Пряные дни

Мощные когтистые лапы ударили по земле, и в сторону оцепеневших беглецов выпущенной из арбалета стрелой, пикирующим бомбардировщиком, сорвавшимся с рельс скоростным локомотивом, помчался гигантский черный пес.

Он летел на них в жутковатой тишине, едва касаясь земли и покрывая каждым прыжком не менее десяти метров. Ошибки быть не могло – то был Апис, тот самый пес, которого Евгений повстречал в кабинете у Кирилла Вельгера.

Кажется, журналист что-то закричал, он не помнил точно. Его сердце, совершив в груди отчаянный кульбит, провалилось вниз, прихватив по дороге желудок и больно ударив по мочевому пузырю.

Разум отключился, парализованный зрелищем, которое по определению было абсолютно невозможно, а ноги словно вросли в землю. Остекленевшие от первобытного, животного ужаса глаза отражали смертоносное изящество каждого движения живой машины убийства, которая неслась на него с неотвратимостью выпущенного из гаубицы снаряда.

– Беги же, болван! – заорала Оксана, сорвавшись на пронзительный дребезжащий крик.

Видимо, это и называется командирским тоном, поскольку звук ее голоса каким-то образом сумел выдернуть Евгения из оцепенения. Его ноги, приняв самостоятельное решение, рванулись с места и в одно мгновение оказались на противоположном берегу. Опомнившись, он остановился и обернулся, чтобы посмотреть, что делает Оксана. Ему вдруг стало совестно, что он, здоровый мужик, бросил хрупкую девушку, да, вдобавок, еще и раненую, на растерзание свирепому чудовищу.

Она стояла, понуро опустив плечи, между ними и несущимся на нее кумулятивным зарядом животной ярости.

Такая слабая и безоружная, Оксана казалась тонкой былинкой перед надвигающимся танком. Она устало подняла вверх руку, призывая Аписа остановиться, хотя было совершенно очевидно, что остановить его сейчас сможет только бетонная стена, да и то не факт.

Евгений понял, что надо что-то предпринять, причем немедленно. В ситуации, когда мозг так и норовил сорваться с нарезки, ввергнув тело в пучину паники, его руки решили действовать по собственному усмотрению и мгновенно завладели инициативой.

Выбор у них оставался, прямо скажем, небогатый, а потому они, недолго думая, решили пойти ва-банк, вбросив в игру своего «джокера». Сейчас все средства были хороши.

Евгений распахнул куртку и многократно отработанным движением выхватил из наплечной кобуры небольшой матово-черный пистолет. Работа журналиста порой сопряжена с известным риском, и он никогда не выходил на серьезное дело безоружным.