Сияй, Бореалис! Лоскутки

Во мраке девочка его даже не смогла разглядеть, из-за чего он казался ей косматым силуэтом, вздымавшимся от тяжёлого дыхания.

– Вот как, – пробормотала тень за столом. – Кита, к тебе пришли! Выходи, давай, белая плесень! – внезапно рявкнул Герт.

Лирет встрепенулась, из груди вырвался испуг. Она хотела бы убежать прямо сейчас.

– Ни черта этот оболтус не слышит, – проворчал профессор. – Поднимись к нему наверх и передай этой глухомани от меня пендель.

– А может, вы сами передадите? И контрольные заодно, – нервно улыбнулась Лирет.

– Да я сейчас занят, а потом могу забыть. Сбегай-ка наверх, он, наверное, дрыхнет опять.

– А может, всё-таки вы? Вот прямо сейчас, а? – та, не теряя надежды, протянула стопку листов.

– Не-е-ет, это меня собьёт с мысли. Сама отдай. Давай-давай.

Каким же этот старый хрыч был упрямым! Лирет, подобрав всю свою гордость, заставила себя подняться по скрипучим ступеням. В полумраке вырисовывались дверные щели, окинутые дневным светом. Девочка остановилась, вслушиваясь: за дверью, казалось, никого не было.

На всякий случай она тихонько постучалась. Никто не ответил. Так даже лучше – можно просто оставить тесты и мирно уйти.

Лирет осторожно приоткрыла дверь и неторопливо шагнула внутрь. Девочка окинула невзрачную комнату взглядом. Она ещё не была в это доме. Впрочем, ничего особенного здесь не нашлось: старый выцветший ковер, расшатанная кровать с кошмарно скомканной серой постелью, выцветшие старые простыни и по виду – совсем не свежие. На столе вырос беспорядок из каких-то потрёпанных временем книг и тетрадей.

И тут и там башенками высились баночки из-под лапши разных вкусов, рядом на полу валялись использованные поломанные палочки для еды. В застоявшемся душном воздухе сплелись запахи приправ и табака.

Лирет, морщась, подошла к столу, сжимая во вспотевших руках стопку бумаг. Она вдруг заметила баночку со свежей заваренной лапшой, от которой всё ещё исходил пар, – и тут внезапно, как грянувший гром, захлопнулась дверь за спиной.

Девочка подпрыгнула, вскрикнув, листки выскользнули из рук вместе с портфелем, застежки расстегнулись, и оттуда вылетели учебники с тетрадями и раскидались на полу. Лирет в смятении вытаращила глаза. Кита всё это время незаметно прижимался к стене у двери, притаившись. Его длинная рука бесшумно соскользнула с дверной ручки, парень сделал шаг вперёд, разглядывая напуганную девочку.

– Ты напугал меня! – ругнулась Лирет, краснея.

У неё дрожали руки.