Черная вдова

Впал в психоз или типа того, – пояснила Селла, но затем добавила, противореча своему недавнему отрицанию: – А может, он действительно был проклят…

– Может?

– Я не уверена. И все же… проклятия существуют.

– Я не верю в проклятия.

– Ну конечно, ты столько лет прожила в Роане, – протянула Селла, как будто это разом объясняло весь скепсис Делоре. – Я к тому, что пусть даже у тебя фиолетовые глаза, Делоре, это вовсе не означает, что в один прекрасный день тебе вдруг вздумается убить всю свою семью, как он сделал.

– Остаток моей семьи, ты хотела сказать? – Делоре безмятежно улыбнулась, но ее взгляд был колючим и холодным, как осколки льда. – Никого почти и не осталось.

Селла поежилась.

– Наверное, – сказала она – вероятно потому, что не смогла придумать ничего лучше. – Но что заставит тебя так поступить?

– Не знаю.

Селла посмотрела на обложку книги и сдвинула брови.

– Там сказано, что это случилось осенью, – продолжила Делоре.

 – Но не говорится, в каком году и где именно.

– Не хотели очернять репутацию города.

– Видимо.

– Какая тебе разница, когда и где, если дело давнее?

– Никакой.

Делоре подперла голову рукой и придала своему лицу выражение апатии.

В окно вдруг заглянуло давно не появлявшееся солнце, и Делоре увидела в потоке света вращающиеся пылинки. Так же в ее голове вращались мысли – множество их, легких, неуловимых. О чем я буду думать завтра? Что придумаю? Как буду объяснять себя, себе?

В день, когда тот человек сошел с ума, солнце светило ярко или же пряталось за облаками? А может, лил дождь? Было тепло или холодно? Убить свою семью… Делоре не могла и представить, как кто-то способен совершить такое.

И как рука поднялась? Она перевела взгляд на часы – без пятнадцати час. Скоро потянутся школьники, и у нее не останется времени на безделье, как и на обдумывание всяких жутких вещей. Хорошо.

Когда она посмотрела на часы в следующий раз (поток школьников наконец-то иссяк), стрелки уже добрались до половины пятого.

Селла выглянула в окно и сказала:

– А твой друг уже здесь. Верный, как песик.

– Этот идиот мне не друг, – грубо возразила Делоре, и Селла оглянулась на нее, изумленная.

– С чего такая злоба?

Старательно сконструированные спокойствие и сосредоточенность рушились. Этот… этот… торикинец. Зачем он пришел опять? Что ему нужно от нее?

– Ладно, – сказала Делоре. – Пусть ждет.