Принцип отражения

Все с тем же отстраненным выражением худого лица морта резко выбросила вперед тонкий белый луч, способный пробить титан. А в следующее мгновение, разбившись на отдельные потоки, сила Ионова охватила своего хозяина плотным защитным коконом, развеяв атаку осколками стекла и песком. Послышалось утробное, голодное рычание. И, наконец, нащупав опору, юноша бросился вперед, легко взбежав по воздуху. Две гибкие силовые плети в его руках хлестнули по тому месту, где секунду назад стояла Саломея.

Морта, отскочив назад, развернула свой данум – рваные огромные крылья – легко поднялась вверх следом за Ионовым парой мощных взмахов.

Война, потерев ушибленный бок, чертыхнулся и кинулся в бой, разворачивая свою силу. Упругий воздух Нера прогнулся под весом морта, а тот огромными скачками уже приблизился к дерущимся и без предупреждения бросился на Ионова.

Одна из плетей задела его плечо, но боль только раззадорила Войну. Наконец-то все было правильно! Теперь он не избивал слабака из-за дурацких приказов Владыки, а сражался с достойным противником. Реакция Саломеи на собрата ничем не отличалась от реакции на другие изменения, то есть – была никакой. Казалось, ничто на свете не могло нарушить перманентное равнодушие, застывшее на лице девушки.

Сила, выпущенная Ионовым на свободу, была чудовищна. Нер выгибался под его выпадами, разбивая в окнах реальности стекла и заставляя сигнализации машин в ужасе агонизировать громким воем.

Саломея, устав играть в кошки мышки, бросилась под очередной удар, схватив в кулак кончик плети. Не успел Ионов развеять поток силы, как морта дернула его на себя, и стоило парню на мгновение потерять равновесие и концентрацию, как она, молниеносно приблизившись, схватила Игоря за горло.

– Вот теперь Владыка будет доволен, – сообщила она ровным голосом.

Парень, безуспешно пытаясь разжать железную хватку морты, захлебывался отчаянным животным воем. Он еще мог сражаться, еще понимал, зачем ему это было нужно, но сила больше не отзывалась.

Нереальность выгнулась, застонав от очередного разрыва.

– Твою мать… – комментарий получился емким и честным.

– Ионов, ну какого хрена?!

Оба Матвеева и Найтингейл замерли на земле, пытаясь оценить ситуацию.