В теле лузера. Часть 1, 2

- Помню я, - хохотнул Эльфин, - до этого же ещё дожить надо.

- Это да, с такими приключениями, немудрено субботу и в больнице провести, - хмыкнул он.

- С-с каими приключениями? - икнул Эльфин.

- Да вон бьёшься обо всё, с эльфами дерёшься, - принялся перечислять гном. - Как ещё Гринланд спустил всё? Эти эльфы слишком заносчивы.

- Это да...

Эльфин беззаботно болтал с Дором. Боль перестала донимать его, да и настроение заметно улучшилось. Он совсем не смотрел по сторонам. Но я отчётливо ощущал направленные в его спину взгляды.

Один полный ненависти взгляд Гринланда, и ещё несколько десятков взглядов от вампиров и полувампиров. И все они скалились. Кто-то презрительно, а кто-то и с интересом.

Вскоре мы прибыли в аудиторию, в которой должен был проходить следующий урок. Занятия вёл мрачного вида человек по имени Михаил Аркадьевич Доронин. Я вдруг понял, что это первый человек, которого я увидел за всё время. Ни эрк, ни эльф, ни гоблин, а именно человек. Был он бледный и выглядел измождённым.

И он определённо был не вампиром.

Под холодным взглядом серых глаз ученики заняли места. Не смотря на то что перемена не закончилась, в аудитории установилась тишина. Так все и сидели глядя на преподавателя, в ожидании звонка.

- Господин Доронин, - подняла руку одна из девушек в дальнем углу аудитории. Преподаватель кивнул ей, и она, поднявшись, спросила. - Мы ведь сегодня будем изучать способы применения и противостояния ментальной магии? - Эльфин бросил на неё взгляд, но я успел изучить девушку.

Судя по всему, она была эльфийкой или полуэльфийкой.

Михаил Аркадьевич кивнул:

- Да, веррно, как я и обещал.

По аудитории прошёлся шепоток. Видимо эта тема была волнительной для ребят. Даже Эльфин затаил дыхание.

Из обрывков его мыслей я понял немногое. Ментальная магия очень редка. Кроме всего прочего, все обладатели ментальных навыков, подлежат контролю и учету. Вот собственно и всё.

Вскоре началась лекция, и Михаил Аркадьевич принялся раскрывать полог таинственности, что покрывал всю тему ментализма.

- Ванесса Вацлавна, должно быть, в этом году будет вам рассказывать о событиях Восемьсот двенадцатого года. О борьбе народа за право мыслить.

К тому времени Король Иоан Бестактный, довёл работу тайной службы и личной гвардии до абсурда, введя тотальный контроль за мыслями приближённых. Вскоре и органы правопорядка, в принудительном порядке, стали подвергаться мутациям и переквалификациям.