Маска из другого мира

Труффальдино ведь – это слуга двух господ, ты же помнишь? А над другими обычно шутит тот, кто может себе позволить не бояться ответных шуток. В общем, ментальная защита – это одна из, скажем так, незадокументированных особенностей твоей маски. Мне повезло одно время сражаться рядом тем, кто умел ей пользоваться, вот и узнал о том, что обычно известно только самим Труффальдино. В будущем, возможно, смогу дать тебе еще пару советов, как развивать твою силу… Но ты лучше сначала попробуй сам – не люблю загонять людей в рамки.

А так вдруг придумаешь что-то, что до тебя считалось невозможным… И у тебя, кстати, крошки на щеках остались.

Я смущенно смахнул остатки тарталеток с лица, параллельно отметив про себя, что как минимум на пару недавно появившихся у меня вопросов только что получил ответы. Значит, незадокументированные особенности – интересно. Сколько прошло времени с начала моих приключений в подсобке театра? Всего ничего, а сколько уже случилось… И то ли еще будет дальше!

– Артемий Викторович… – у меня появилась неожиданная мысль, и я во все глаза уставился на главрежа, который вопросительно выгнул бровь.

– Скажите, а обжорство – это что, тоже незадокументированный эффект моей маски?

Улыбка на лице Артемия Викторовича стала еще шире, и он даже рассмеялся, легко и непринужденно.

– Это не побочный эффект, Миша, – наконец-то ответил он, аккуратно вытирая слезу в уголке глаза. – Ты выложился на полную, когда отбил ментальную атаку Автандила, и организм так отреагировал на истощение.

Считай, это как голодуха от стресса или после мощной тренировки в спортзале. Не только маска перезаряжается, но и ты сам.

– Ясно, – понимающе закивал я. Вот оно как, все оказалось гораздо проще. Даже немного жалко, хоть то жадное чувство голода мне совсем и не понравилось, а вот собирать силы и информацию о моей маске – совсем наоборот. Неожиданно я понял, что это процесс меня по-настоящему затянул!

– Я рад, что ты выстоял, Миша, – Иванов наклонился ко мне поближе.

– Добро пожаловать в клан.

И он протянул мне ладонь, которую я тут же в ответ пожал, как еще недавно сделал это с Гонгадзе. Только в его случае это было просто вежливым дипломатическим жестом, а здесь скорее союзническое соглашение.

– Ну, что ж, Миша! – улыбнувшись, Иванов крепко хлопнул меня обеими руками по плечам.