Маска из другого мира

И еще, конечно, мне интересно, какая же часть маски выпала из того убитого нами хутхэна. Один процент? Два? Пять? По моим прикидкам, учитывая размер, не больше двух. Да и Костик вроде бы говорил о таком количестве. Как бы то ни было, уверен, что даже крохотное усиление маски не должно игнорироваться. Как копейка рубль бережет, так и от процентов зависит полнота образов.

– Еще раз поздравляю, Денис, – Иванов тем временем пожал руку бородачу, – теперь уже вместе с коллегами. С нашим почетным режиссером Глафирой Степановной Северодвинской я вас познакомлю уже скоро.

Она вам точно обрадуется.

– Глафира Северодвинская? – воскликнул новенький, с нескрываемым благоговением произнося имя старушки. – Она тоже?.. – тут он понизил голос. – Тоже из наших?

– Именно, – доброжелательно кивнул Артемий Викторович. – Пойдем знакомиться.

– Я, право, польщен… – главреж увлек Дениса, и теперь до нас едва доносились обрывки их разговора.

Бросив пару внимательных взглядов на проходящих мимо гостей вечера, я пристально посмотрел на Элечку с Костиком.

Оба стояли спокойные, с абсолютно ничем не озабоченными лицами.

– И что вы думаете?

– Артемий Викторович – большой молодец, – улыбнулась девушка. – Переманил к нам Бригеллу в команду, воспользовавшись трофеем.

– Но нас все равно мало, – а вот Костик, похоже, в команде скептиков. – При этом тюзовские теперь гораздо сильнее, потому что их все равно больше и у них мощный лидер. У самого ведь Гонгадзе теперь одна четвертая маски, если я правильно посчитал…

– Двадцать пять процентов, – кивнул я.

– Это ведь хорошо? А кусочек на сколько потянул?

– На три, – ответил Костик. – Про двадцать два процента у Гонгадзе, я помню, еще Артемий Викторович говорил. Никто ведь свою целостность не скрывает… Просто не говорят, если не спрашивают.

– Хочу спросить, – я тут же зацепился за его слова. – Какой у тебя процент?

– Семерка, – невозмутимо ответил брюнет.

– Понятно, – я решил сразу выяснить и другой важный момент. – А у Артемия Викторовича сколько?

– Девятнадцать, – покачал головой Костик.

– С другой стороны, кусок-то все равно был от маски Капитана. Куда его девать? У нас актера с таким образом нет, так что Артемий Викторович, пожалуй, поступил логично.

– Но ведь он усилил своего конкурента! – я по-прежнему не понимал логику нашего режиссера…. Или, может, зря я смотрю на это все как на соревнование?

– И что? – вместо Костика отозвалась Элечка. – Конкурента, но не врага.