Оружейники

Вестибюль как вестибюль: зелёные обои, светлый паркет на полу и пара кожаных диванов по углам. Направо – гардероб с большой, в завитушках и бабочках, буквой «Ж». Понятно, что для девушек. Налево – гардероб для парней, сейчас закрыт. Красиво, конечно, со вкусом… и никаких богатых излишеств. Тёна недавно заходила в школу к одной знакомой, так там после ремонта всё даже побогаче отделали.

Олег, не давая особо глазеть по сторонам, взял её за руку и повёл к гардеробу.

– Успеешь насмотреться. И за два года изучишь не только интерьер, но и выбоины в полу, – на этих словах парень хмыкнул какому-то своему воспоминанию.

– Все их изучают. А сейчас мы ещё должны хоть раз пройтись по площадке для танцев, чтобы к ней привыкнуть.

Ради праздника просторный холл второго этажа превратился в бальную залу девятнадцатого века. Гобелены, позолота, фальшколонны и декорации под мрамор. Тёна смотрела во все глаза, тем более что участники бала сидели на лучших местах, по центру возле лестницы. Вот выбежали лакеи в синих с золотом ливреях и, повинуясь мажордому – одетому в ало-зелёный камзол рослому широкоплечему мужчине с густыми пшеничными усами и бородой-лопатой – начали театральное действо-приготовление к балу: будто бы натирали полы, расставляли подсвечники, украшали зал.

Олег негромко шепнул Тёне:

– Мажордома запомни. Это Александр Аркадьевич. В школе ведёт физкультуру. Для Шагнувших он мастер-оружейник, глава всех оружейников. Его ещё титулуют Хозяин клинков.

Вот лакеи убежали, и вышел разодетый в костюм бургомистра распорядитель бала.

Нарядный тёмно-зелёный кафтан с шитым серебром воротником и обшлагами, золотыми пуговицами и орденами заворожил, приковал к себе взгляд… Тёна почувствовала, как Олег сжал её ладонь своей, снова привлекая внимание. Вспыхнула досада, пробилась, несмотря на тщательно культивируемый самоконтроль. Да, наверное, меч не просто так просит приглядеться и к этому невысокому смуглому горбоносому мужчине. Но мог бы и потом, а сейчас она из-за него пропустит самое интересное! Олег, не обращая внимания на недовольство, опять тихонько прокомментировал:

– Вот этого человека запомни вдвойне.

Для внешнего мира директор гимназии. Гранд-мастер Игнатиос Григориос, глава всех Шагнувших нашего Цвета.

– Странное имя, – удивилась Тёна.

– Не очень, – пожал плечами Олег. – Точнее, оно для нас странноватое. Насколько слышал, Гранд-мастер из крымских греков.

Закончилось вступительное слово директора школы.