Оружейники

Младшие Шагнувшие уши и развесили, расслабились. Мастерам так легче не только учить, но и мозги промывать в нужном направлении. Учти, я сейчас их не осуждаю. Формирование правильного способа мышления – это главная задача любого образования. Вот только я предпочитаю всегда думать сам за себя.

Девушка после этих слов повернулась так, чтобы твёрдо сидеть на коленях Олега, внимательно посмотрела в глаза своему мечу и уже без тени игривой несерьёзности и расслабленности спросила:

– А какие они, по-твоему? Гранд-мастер и остальные.

– Сама посуди. Обычные Шагнувшие живут лет девяносто, магистры спокойно дотягивают до ста пятидесяти. Мастера… Они выглядят, будто им сорок-сорок пять, ведут себя, будто им лет сорок, но запросто могут оказаться ровесниками Пушкина. Два столетия это и опыт, и… Цвета и Оттенки – не клубы по интересам, а самые настоящие государства. Разве что их территория делится по границам в за-Отражении. Власти у нашего гранд-мастера не меньше, чем у президента не самой слабой державы.

И если Игнатиос Григориос по какой-то причине играет в скромного директора школы, для чего терпит видимые всем правила игры, не означает, что он обязан терпеть эти правила всегда. Стоит или комиссии, или отцу того дуралея доставить по-настоящему заметные неприятности… Повезёт, если отделаются полным разорением или тюрьмой.

– К-какой тюрьмой?

– Самой обычной, российской. У гранд-мастера достаточно искателей, которые выбрали путь юристов, экономистов или журналистов.

Что-то найти можно всегда, а уж с нашими возможностями и подавно. Или просто наведается пара оружейников, и на следующий день опубликуют некролог. Скорбим, несчастный случай забрал во цвете лет. Так что выбрось эту комиссию из головы. Полихорадит ещё несколько дней, а потом Игнатиосу Григориосу надоест, и он их выгонит. Но это всё завтра. А сейчас…

Олег вдруг уронил девушку на пол, на ковёр, сам упал рядом, обнял и принялся целовать. Все размышления о комиссии и мастерах у Тёны тут же вылетели из головы.

***

Дома сомнения вернулись. Аргументы меча, как всегда, были до ужаса логичны, но Тёна на следующий день завела будильник пораньше, чтобы не опоздать. Первый урок был у классной, молодая учительница из-за комиссии очень нервничала и запросто могла вкатить выговор тем, кто войдёт в класс после неё. Тратить время в первый после каникул выходной на отработку дополнительных занятий за поведение до ужаса не хотелось.