Сукины дети 3. Круги на воде

Ни единая травинка, ни единая малая веточка.

Злой, как тысяча аллигаторов, я повернулся и пошел, как мне казалось, к берегу озера.

Ну и ладно, - думал я на ходу. - Надсмеяться захотели - и пусть их. Завели городского недотёпу в глушь, и хихикают, поди... Алекс тоже хорош: хлебом не корми, дай над подчинёнными поизмываться.

Временами мне казалось, что озеро уже близко - вот ещё один взгорок, и впереди откроется чистая белая гладь. Но пригорок сменялся пригорком, распадок - овражком, а озера всё не было.

Хотя временами казалось, что ветер доносит насмешливые крики чаек и колокольный звон.

Антигона умрёт со смеху, - подумал я, подвернув ногу и рассадив в очередной раз ладони. В кожу впились чёрные от старости хвойные иголки и налипли мелкие камушки...

Время от времени я видел краем глаза движение - то слева, то справа, и в конце концов решил, что это Гришка-кобель, таким манером развлекается.

За всеми этими самокопаниями я не сразу заметил, что на небе нет солнца. Никаких туч тоже не было, небесный свод покрывала белёсая мгла, глухая, как саван.

Верхушки мёртвых деревьев утыкались в этот саван, и казалось, только они и не дают ему кануть на землю.

Поёжившись, я пошел дальше. Мало ли, как часто в здешний краях погода меняется. С утра - вёдро, к обеду - дождь... Мне-то какое дело?

Злость на товарищей одолевала всё сильнее.

С другой стороны, может, они меня ищут? Мечутся меж деревьев, зовут... Алекс себе места от тревоги не находит.

Как всегда в моменты слабости, стало стыдно.

Прежде чем обвинять других в бездушии и злом умысле, подумай: что ты сделал не так?..

Додумать я не успел.

С разбегу ткнулся мордой в паутину, бесполезно замахал руками, силясь оттереть с лица липкие и на редкость прочные нити, завертелся вокруг себя, натыкаясь на стволы и мыча сквозь зубы... Наконец, содрав облепленный паутиной плащ, бросил его прямо на тропинку и дальше пошел в одной майке, ёжась от промозглого холода.

Но шел я не долго. Что-то было не так.

..

Лес был другой. На первый взгляд, всё то же самое: чёрные горелые деревья, свежий злой подлесок... Но дело в том, что эти деревья были ГОРАЗДО старше. Вековая кора отслаивалась и свисала с корявых стволов длинными лохмами. На корнях и нижних ветках вольготно произрастал могучий лохматый мох, в котором, кажется, копошилось что-то мелкое и не слишком дружелюбное.

Там чудеса, там леший бродит... - припомнил я слова Антигоны. Как в воду глядела, чертовка.