666 градусов по Фаренгейту (температура, при которой горит ведьма)

Цыгане же потом назад придут.

− И что предлагаешь?

− А вы их разве не жжёте?

− Среди бела дня, при всём честном народе, да ещё и без разбора, кто ведьма, а кто нет?

− Ну не знаю, − Игнат призадумался. − Да, наверное, это уже перебор.

− Иди, Игнатий, работай, импровизируй, ищи подход, − велел отец Антоний, но тут голос подала Ольга:

− Нас спалили. Чую, используют аркан. Тащат сюда кого-то.

− Кого? − спросил новичок.

− Известно кого, − нахмурился здоровяк и стал крутить головой, потом указал рукой в противоположную от рынка сторону.

− Вон, патруль тянут. Ментов захомутали, чтобы те их крышевали.

И действительно, к рынку целенаправленно двигалась парочка полицейских. На лицах стражей порядка застыло выражение, напомнившее Игнату морду лошади, которую ведут под уздцы.

− Я их перехвачу, − отец Борис достал из котомки свою наградную камилавку, надел её и решительным шагом направился навстречу патрулю.

Чуть погодя, ему на помощь отправился и отец Антоний.

− Арканная магия − их конёк, − предупредила Ольга.

− Береги мозги, если они у тебя есть.

− Спасибо, − буркнул Игнат. Он наблюдал за толпой на рынке − цыганки по-прежнему сновали туда-сюда безо всякой реакции со стороны покупателей.

Тогда он обратился к ведьме:

− Мне нужен страх. Липкий, душный, с яркими нотками паранойи и ощущением неотвратимо приближающейся опасности. Зона покрытия − весь рынок.

− Я тебе не сомелье, − взбрыкнула Ольга, но, видимо, сложный запрос задел её профессиональное эго: − Ладно, сейчас намешаю.

Волна вскинутых голов пробежала по толпе.

Люди дружно огляделись и, словно впервые увидев цыганок, начали проверять карманы и спешно уходить с рынка. Когда прилавки оголились, стало понятно, что тут ничего дельного и не продавалось − только низкопробный ширпотреб. Да и что может привлечь людей к уличным лоткам в эпоху сетевых магазинов? Похоже, весь рынок был одной большой липучкой для мух, где застревали заарканенные прохожие, внезапно охваченные интересом к дешёвому тряпью. Оставшиеся на виду цыганки закрутились на месте − паранойя взяла своё. Догадались ли они, что сами попали под чужую магию?

Игнат решительно двинулся к ним − настолько быстро, насколько позволял «экзоскелет».

− Уходите туда! − он показал рукой на «зашоссейку». − Уходите сейчас!

Ближайшие цыганки, отвечая что-то неразборчивое, стали закручивать цветастый хоровод вокруг новой жертвы. Ольга встала рядом, прикрывая ему спину.

Понимая, что русский не работает, Игнат решил испытать свои лингвистические познания.