666 градусов по Фаренгейту (температура, при которой горит ведьма)

Их встретил дворецкий и проводил на второй этаж − в просторный кабинет-библиотеку. Игнат аж дышать перестал − как тут всё было элитно. Единственное, что не вписывалось в обстановку − это большие красные огнетушители. Они были тут в каждом углу.

Гости сели на роскошные диваны. К ним вскоре вышел мальчик лет десяти − весь такой прилизанный, интеллигентный и очень серьёзный, прямо маленький взрослый.

Официально поздоровался с священниками − их он знал по имени отчеству. Потом приветливо кивнул ведьме:

− Оккультпривет, Хельга.

− Воистину привет, Азар, − ответила та, старательно избегая неодобрительного взгляда своего воспитателя.

− Откуда его знаешь? − шепотом спросил её Игнат.

− Форум магов, − кратко ответила та. Шептаться дальше было неприлично.

Азара и Игната представили друг другу.

− Мальчик он хороший, но очень непростой. Из коэнов, − сказал отец Антоний Игнату, вводя его в дело и заодно давая понять Азару, что Игнат − полноправный член команды.

− Мои предки сжигали жертвенных зверей на алтаре Иерусалимского храма, − счёл нужным пояснить Азар.

− Тебя тревожил кто-нибудь? − спросил его старик.

− Ко мне подходили. Я сказал, как вы учили, что за мной присмотр… Они ушли.

− Знаешь тех людей?

− Нет. Какая-нибудь шелуха безродная, − высокомерно произнёс мальчик.

− В храм ходишь?

− В ваш храм нет, а собственный мы ещё построим. Я хожу в синагогу. Раввин в курсе моего дара. Велит хранить чистоту моего огня. Я храню.

− Как ты его используешь?

− Папе сигарету прикуриваю.

Камин разжигаю, − мальчик выставил перед собой руку, и на кончиках растопыренных пальцев вспыхнули язычки пламени, отчего его рука стала похожа на подсвечник. − Могу себе в темноте подсветить, когда никто не видит.

− Ладно, − кивнул отец Антоний и пояснил Игнату: − Совсем запретить использовать магию не получится. Это их сильнейшая страсть. Они всегда срываются, если запретить совсем. Поэтому мы разрешаем безопасное применение. В быту, например.

− Я соблюдаю технику безопасности, − Азар кивнул на огнетушитель в углу помещения.

− Игнат, на тебе лица нет, − сказал отец Борис, заметив, что новичок неотрывно смотрит на руку мальчика, на которой только что плясало пламя.

От его басистого голоса Игнат очнулся, посмотрел на окружающих, сглотнул, чтобы смочить пересохшее горло.

− Я в порядке, − просипел он.

− Мы можем поговорить с твоим отцом? − спросил Азара старик.

− К сожалению, он улетел в Тель-Авив. Бизнес.