Гонитель

С того самого начала, где появляюсь я, — приняв в расчет скверный характер рассказчика, уточнил я на всякий случай.

— Хорошо, — откашлявшись, он положил карамельку за щеку и продолжил, чуть коверкая звуки: — Третьего августа две тысячи двадцать первого года, около шести утра, Шкет вышел на традиционный утренний моцион…

— Шкет? Моцион? А при чем тут я? Можно как-то ближе к делу?! — я понемногу начинал закипать.

— Нет, ну я так не буду, — опустив голову, незнакомец отвернулся и принялся откусывать от карамельки кусочки.

— Извинись перед ним сейчас же, — вытаращив глазищи, зашипела Маришка, вдруг оказавшаяся рядом со мной с какой-то одеждой в руках. — Он не станет продолжать, пока не извинишься.

Я неуверенно смотрел на Маришку некоторое время, но на ее лице и мускул не дрогнул. Незнакомец прекрасно слышал сказанное девушкой, но продолжал молча сидеть. Глубоко вздохнув, я виновато проблеял:

— Извините меня, пожалуйста, как вас там звать…

— Плант.

— Что?

— Плантом его звать, — шепнула тихонько Маришка.

— Прошу прощения, Плант.

— Так вот, — молниеносно повернувшись лицом ко мне, как ни в чем не бывало продолжил чудак, — вышел, значит, Шкет на моцион. Я еще удивился: в тот день было жарко, а он всё равно поперся. Как выяснилось позже — причина на то была! Он, зараза, ленив до безобразия, уж я-то знаю — просто так не выйдет никогда. Но в таком деликатном деле, как поиск осознанных демонов, равных ему нет, поверь, — Плант подкрепил слова кивком, — даже тоньше меня чувствует.

В общем, привел он меня к одному интересному особнячку, где оба этажа заняты небезызвестной фирмой «Реклам-Инвест». Я, как ответственный гражданин, решил в ситуации разобраться и выяснить, кто там у вас нечистью является. В этот момент, — он показал на меня разительно уменьшившимся чупа-чупсом, — мы и встретились с тобой. А далее всё настолько очевидно, что и рассказывать неудобно. Но тебе, обладателю пытливого ума, поясню: установил я слежку за этим вашим директором, понял, что действует он не один, в связи с чем проявил невиданную осторожность и взял Шкета с собой на дело. Толку от него было, правда, что с козла молока.

Демонами они оказались старыми, опытными, хотя силенок у них не то чтобы много было, — махнув рукой, покачал головой рассказчик. — Но баба эта ваша, Ленуся, упорная оказалась! Прыть проявила такую, что вынудила меня изгонять ее напрямую, без ритуала. А это, как всем известно, процесс потенциально опасный и неприятный.