Гонитель

В голове болезненно пульсирует мысль: убить!

Побежал к автомобилю со всех ног, но куда там: черный внедорожник проворно упорхнул по лесной дороге.

Догнать! Догнать и сжечь!

Я продолжал бежать, хоть и понимал, что в этой гонке шансов нет.

Ночь была светлее дня. Гнев не давал остановиться — пока я видел вдалеке блестевший в лунном свете автомобиль, ноги сами несли вперед.

Вдруг перед глазами мелькнул бородатый незнакомец, подсечкой отправил меня в полет. Я попытался подняться — но был прижат к земле кем-то смутно знакомым, с черными волосами.

Как смеет он меня удерживать?! Убрать с пути!

Мир на миг перевернулся, закружился и рухнул вниз.

Вижу мерзко ухмыляющееся лицо черноволосого, прилетает мощнейший хук правой, слышу сбивчивое бормотание и истошный вопль, почему-то вырывающийся из моей груди.

— Держи его крепче! — велел женский голос.

— Держу, не видишь, что ли? Куда крепче? Руки ему отсобачу того и гляди, — ответил баритон.

— Он только что изгнал не самого слабого сетха. За его здоровье, по крайней мере физическое, можешь не волноваться, — с ехидцей в голосе отметил кто-то.

— М-мать, м-мля, м-мать м-моя! — добавил конструктива в беседу юноша.

***

Высокий мужчина со светлыми волосами, аккуратно зачесанными набок, сидел на заднем сиденье черного внедорожника, припаркованного у обочины. Заложив руки за голову, он прикрыл глаза и напряженно о чем-то думал.

Сегодня Геннадий Генрикович Рейзин стал ближе к осуществлению своего плана еще на ступень. Очередная партия душ получена, все следы пребывания во временной зоне содержания будут уничтожены в течение нескольких часов.

Всё шло настолько хорошо, что демон, всю жизнь упорно преследовавший лишь одну цель, поневоле занервничал. Не потому, что не был уверен в себе, напротив — каждый новый шаг был продуман до мелочей, все возможные неурядицы предугадывались, а любая провинность показательно каралась. Отребье, работавшее под его началом, не могло существовать без жестких рамок и запретов, ведь демоническая сущность всегда толкает к неповиновению и расхлябанности.

Он не был гордецом и никогда не позволял заимствованной силе геспера влиять на свое сознание, лишь использовал ее по собственному усмотрению. Главное правило его предков гласило: никогда не недооценивай своих врагов. Используй хитрость, копи силу, действуй решительно. И он ни разу не изменил себе.

Но сегодня ему не было покоя. Серая хмарь сомнений тучами заволакивала сознание — что-то должно произойти.