Гонитель

— Чего тебя держать-то, недокормыш? Кому нужна тощая девка с девятью классами образования? Вот я — другое дело, — поправив обеими руками внушительную грудь, Тома из бухгалтерии полезла в сумочку за зеркальцем. — Я и женщина видная, и крестиком вышивать умею.

— Молчала бы, баба деревенская! — закатив глаза, Лера сделала вид, что набирает текст на компьютере. — Помню я, откуда ты сюда пришла, — с кожевенного цеха в дыре, названия которой никто и не вспомнит, при царе еще дело было.

А теперь сидит, груди себе мнет и думает, что интересна кому-то! Ха!

— Откуда я пришла — там тебя не было! Жизни не видала, а языком треплет! Ишь, какая цаца. Такие, как ты, у нас в Дальней Ивановке полы мыли в коровнике, и то при большом везении.

— Девоньки, не ругайтесь! Меня на всех хватит, — поправив очки, вклинился Шольц. — Зачем вам высокий и плечистый журавль, когда рядом есть надежная и умная синичка, а?

— Заткнись, Шольц! — хором рявкнули девушки.

А я тем временем тщетно пытался расслышать разговор незнакомца с нашим директором. Но одно мог сказать точно: друг другу они явно не симпатизировали. Голос Дмитрия Михайловича, и без того обычно грозный и внушительный, звучал всё громче и громче, пока не сорвался на натуральный крик:

— И не смей больше приходить сюда, вымогатель! Лично дух из тебя вышибу, паразит! Пошел вон!

Дверь в кабинет директора со свистом открылась, чуть не слетев с петель, и в это же мгновение оттуда вылетел упомянутый субъект, прокатившись спиной по полу и затормозив возле моего стола.

Вытянув шею, я принялся рассматривать незадачливого посетителя на предмет телесных повреждений, но таковых на первый взгляд не обнаружил. Незнакомец же, ничуть не смутившись, легко поднялся на ноги, поправил воротник куртки и, отсалютовав в сторону Леры и Томы, покинул офис. Наш Дмитрий Михайлович, конечно, всегда был человеком вспыльчивым, но таким его в офисе еще не видели. Оказия!

Конечно, приступы ярости у директора происходили не каждый день. Более того, ни я, ни, как потом выяснилось, остальные не могли припомнить случаев подобного рукоприкладства в офисе — по крайней мере, открытого, о котором все бы знали и были бы тому свидетелями.