Доспех духа

Глава рода как всегда сидел с непроницаемым выражением лица, в то время как его супруга сверлила маму тяжёлым взглядом. Молодое поколение напротив, сидело ниже травы, стараясь не отсвечивать, чтобы их не выгнали с предстоящего шоу.

– Что ж, – сказал глава клана, по праву старшего принимающей стороны, первым нарушив молчание, – не буду говорить, что рад. Скорее, удивлён. Двадцать лет прошло. Так много, что я и забыл совсем о Матчиных. Так сильно, что не вспомнил, когда мой сын привел в дом Оксану Матчину.

Не вспомнил, когда увидел показательный бой Кузьмы с учителем рода. Но не все оказались такими забывчивыми, как я. Вспомнил лишь мастер Малинин.

– Коротка память, оказывается, у вас, – с насмешкой улыбнулась мама, – господин Трубин. Но не переживайте, как в Российской империи говорят: «Кто старое помянет, тому глаз долой». Мы многому научились на чужбине и не собираемся идти путём кровавой мести.

– И что же вы хотите? – все так же спокойно спросил он.

– Для начала вернуть всё, что принадлежит нам, – улыбка мамы стала хищной.

– Ну а дальше – жить. Саша, – она протянула руку сыну, и тот передал папку с бумагами. – Спасибо.

Вынув пачку листов, она бросила их на стол, поближе к главе рода Трубиных. Я заметил на первом листе печать канцелярии Императора.

– Здесь документы, по которым часть земли в Москве, которую занял род Трубиных, принадлежат семье Матчиных. Ниже – дарственные на ещё часть земель и поместий, в том числе склады в черте и за городом.

Глава Трубиных взял несколько листов, бегло пробежал взглядом, передал отцу Марины.

Тот надел очки и углубился в чтение.

– Предвидя агрессию Трубиных и Хованских, Василий Петрович Бельский переписал всё, что успел, на нашу семью. В имперской канцелярии вы найдете вторую копию документов, подтверждающую наше право собственности. У вас ровно неделя, господин Трубин, – я даже поёжился от тона мамы. Никогда не любил, когда она говорила подобным образом. – Прошу освободить наши земли.

– Или что? – продолжил он.

Надо отдать ему должное, ни один мускул на его лице не дрогнул.

– Или мы потребуем, чтобы ваш род выплатил неустойку и аренду за пользование нашими землями. За все девятнадцать лет. По рыночной стоимости. А теперь прошу нас простить. Спасибо за гостеприимство.

Быстро закинув недоеденное пирожное в рот, я подмигнул Тане и поспешил за братом. Нас никто не провожал. Мы спокойно вышли во двор, сели в лимузин и покатили в сторону центра.