Светотень

Убедившись, что с девушкой все в порядке, ее проводили в медпункт при бассейне, где закутали в плед и снова измерили давление и температуру. Аня сбегала в раздевалку за одеждой подруги и помогла переодеться в сухое.

– Я уже позвонила тете Тане, – доложила она.

– А… папе?

– Нет, это вы как-нибудь сами.

«Слава Богу!» – только и подумала девушка. Папе лучше о таком рассказать вечером, и не в красках, а наоборот, преуменьшая масштабы случившегося. Иначе, узнав о происшествии, он больше никуда не пустит дочь с подругой.

– Наташ, что случилось?

– Ну… Как будто… кто-то схватил за ногу. Или зацепилась за корягу или сеть, – задумчиво ответила девушка, – или еще что-то.

– Коряга! Там на дне чисто, и фильтры все прикрыты решетками. Наверное, это был кто-то из мальчишек! Шутники нашлись, – злилась подруга. – Или просто судорога, и тебе померещилось.

– Может, и так, – покорно сказала Наташа.

Она сейчас не желала спорить. Только рассматривала странный след на лодыжке.

Похоже на следы от лыж или протектора автопокрышки на снегу… или от чей-то членистой лапки. От этой мысли мурашки пробежали по коже.

Доктор налил девушкам горячего сладкого чаю и отпустил только после того, как за ними заехала Татьяна Федоровна. Увидев побледневшую мать, Наташа испугалась едва ли не больше, чем тогда, когда тонула.

– Наташенька, боже мой, ну нельзя же так, – мама крепко-крепко обняла ее, словно боялась, что девушка исчезнет. – Что папа скажет?!

– Ой… Ну, мам, чего ты.

Все же в порядке. Просто судорога. Это где угодно могло случиться, и на физкультуре тоже.

Женщина отстранилась и внимательно посмотрела на свое несчастное чадо.

– Так. Слушай мою команду. Папе рассказать надо, обязательно. И без вариантов! Но только после работы. Ни к чему его волновать сейчас, – сказала она. – Сама позвонишь ему после шести и доложишь.

Наташа понурилась, но не решилась поспорить.

***

Вечером досталось всем. На разборе полетов отец обвинял и себя, и Наталью, и спасателей, да и Ане досталось.

Разумеется, он переговорил с дядей Миразом, и подруга была наказана.

Вечером Наташа, накрывшись с головой одеялом, позвонила подруге.

– Ну, ты как? – спросила она.

– Бывало и хуже.

– Не злишься?

– За что? – ответила Анька. – Ты же не виновата, что у тебя случилась судорога. Вода и правда была прохладной. Обычно в бассейне теплее.

– А что Мираз Мухтарович?

– Отругал, конечно.