Вечерние Сказки про замечательных соседей

– А если увидит кто? Вот нас в молодости знаешь как…

Девчонка слушать не стала, фыркнула что-то вроде «ага» и подпрыгнула в воздух, высоко подняв колени. Так мой двухлетний сын делает, когда по лужам прыгает, чтоб побольше брызг получилось.

Я замер, ожидая, что она окатит старика водой из лужи во второй раз, но она не приземлилась. Девчонка исчезла. Не улетела, и не растворилась в воздухе, а просто пропала.

-Учиться надо лучше, неумёха! Придётся теперь плащ стирать, вот ведь зараза!– проворчал Афанасий Петрович и погрозил тростью непонятно кому.

– Эх, молодёжь!

Я стоял у окна и не мог оторвать взгляд от мокрого ворчащего старика. То, что люди появляются и исчезают в воздухе, его нисколько не волновало, а меня вот впечатлило до икоты. Через две секунды я понял, почему так.

Афанасий Петрович быстро глянул по сторонам, усмехнулся, подхватил трость, подпрыгнул. Он тоже исчез. Точно так же, как та девчонка! Был и нет!

Услышав писк домофона, я чуть не по пояс высунулся в форточку, чтоб разглядеть, кто заходит в подъезд.

Хотя я это уже знал.

Афанасий Петрович стукнул тростью о бетонный пол подъезда и снова пропал. Дверь домофона медленно закрылась, противный писк смолк, и я смог услышать бряцание ключей. На третьем этаже, на два пролёта выше, чем я стоял. Афанасий открывал дверь своей квартиры. До меня донеслось сердитое ворчание старика:

-Промахнулась! Это ж надо! Чему только теперь молодёжь учат! И кто теперь плащ будет стирать? Неумёха!

Домой я вернулся за полночь, спать даже и не пытался - любопытство не давало покоя.

Прямо с утра пошёл к Афанасию с вопросами, вручил бутылку коньяка, надеясь, что старик мне объяснит, как он и эта девчонка перемещались в пространстве. Да чего скрывать, очень надеялся, что он и меня научит так. Прыг - и уже в другом месте!

Старик меня выслушал, взял коньяк и сказал:

-Ты что, пьяный что ли? Люди телепортируются? Скажешь тоже! Не может такого быть! Эх, молодёжь! Чему вас только учат?

Не дали помереть спокойно

Семён Аркадьевич сидел на диване и смотрел в стену.

Сердце отчаянно сдавило от предчувствия неизбежного. Вот говорила же внучка, что надо таблетки вовремя принимать, а он опять забыл. Дышать было больно и страшно от того что каждый его вдох мог стать последним.

Смерть была уже близко. Семён Аркадьевич это чувствовал. Пенсионеру казалось, что он слышит её шаги в подъезде на лестнице. Хотя, может, ему это только казалось.

Васька с третьего этажа опять вечеринку устроил.