Священная миссия

Обессиленный, я рухнул на пол, и тут же боль взрывом миллиарда ил разошлась по всему телу. Сил, чтобы скорчиться не оставалось, так что я мог лишь тихо всхлипнуть. Да, я Страж, на мои плечи возложена священная миссия… Но, черт подери, я тоже испытываю боль! Зрение плыло, мир вокруг меня вращался, вызывая головокружение, уши заполнил звенящий гул.

Но даже так я мог слышать свистящий смех Миазма, расправившегося со своим противником… Даже так я видел его глумливую ухмылку беззубой пасти… Даже так я ощущал, как он, развернувшись ко мне спиной, вальяжно покидает кабинет.

- Было вес-с-село. С-с-страж-ш-ш, но меня жш-ш-шдут дела, - тряханув щупальцами, изрек Миазм, даже не наблюдая за тем, как я пытаюсь подняться, - Бой с-с-с тобой с-с-стал отличным подарком к моему проникновению в тело этого ч-ш-шеловека. Ос-с-стался только с-с-сам захват… Дажш-ш-е жаль, чш-ш-што ты не увидиш-ш-шь моего триумфа… - издав ряд свистящих звуков, Миазм вышел из кабинета и завернул за угол, направляясь к спальне Писателя.

Типичная ошибка всех злобных тварей. Ти-пич-ней-ша-я.

Я не корчил из себя страдающего героя, но и терпеть такую боль я тоже не мог. А потому, поднимаясь, я орал в голос от боли, что взрывами расползалась по моему телу. К счастью, Стражи живучее обычных людей, так что оклематься я смогу. Вот, уже сейчас я практически… Ах, черт! Не справившись с собственными ногами, я рухнул на какую-то тумбу, отпихнув ее прочь. Так, сосредоточься! Еще раз! Ты сможешь!

Кто, если не ты, защитит Писателя от этого Миазма?

Кто, если не ты, защитит весь мир?

Кто, если не ты, обязан выполнить свою священную миссию любой ценой?

Призвав все свои скрытые резервы на то, чтобы игнорировать жгущее режущее чувство в своем теле, я медленно поднялся.

Вновь призвал клинки, исчезнувшие, когда Миазм начал избивать меня. И пошатываясь, с трудом ориентируясь в неспешно вращающемся вокруг меня пространстве открыл дверь кабинета Писателя и вышел в коридор.

Похвалив Писателя за предусмотрительность и осторожность – живет он на втором этаже пятиэтажного дома в не самом благополучном районе города, так что подобные качества вполне оправданы – я узрел, как Миазм тщетно пытался просунуть свой огромный коготь в замочную скважину на укрепленной двери, ведущей в спальню Писателя.

На ночь эта дверь обычно запирается, что в силу ряда причин крайне не нравится его девушке, но Писатель пока что не намерен менять свои привычки.