Священная миссия

Увлеченный своим занятием, Миазм даже не заметил, что я открыл дверь кабинета и, опираясь на стену, приблизился к нему на достаточное расстояние, чтобы нанести дальний удар.

Поняв, что расстояние оптимальное, я принялся готовится. Сил оставалось не так много. Я с большим трудом, пошатываясь, словно пьяный, встал в одну из базовых стоек, и, тяжело дыша, направил клинки на Миазма. Только в этот момент, услышав мое тяжелое дыхание, монстр оторвался от двери и повернулся ко мне всем корпусом. В его глазу сверкнуло изумление, а пасть широко распахнулась, обнажая расстроенный также щупальцеобразный язык.

- Чш-ш-што? Ты с-с-смог очнутьс-с-ся?! С-с-сколько же у тебя жиз-с-с-ней?..

Миазм не успел закончить фразу. Испустив дикий боевой клич, дабы вложить все имеющиеся у меня силы в один-единственный смертельный удар, я рванул прямо на Миазма. Не изобретая никаких схем связок блоков, уворотв и выпадов; не задумываясь о возможных действиях противника – просто рванул вперед, как новобранец, только-только научившийся видеть Миазмов и призывать клинки.

Обычно такой маневр стоит Стражу жизни, но… мне повезло? Мне попался слишком самоуверенный противник, не принимающий возможность поражения? Эффект неожиданности оказался сильнее, чем я рассчитывал? Самый простой прием оказался в текущей ситуации самым эффективным?

Не знаю. Да и это не важно.

Важен результат.

Клинок вошел аккурат в грудь Миазму, там, где у людей расположено сердце. Чудовище никак не успело ни уклониться, ни заблокировать мой удар – лишь ошарашенно смотрело, как из дыры столбом валит густой черный дым.

Секунды спустя Миазм оклемался и осознал, что для него все кончено; он начал сипеть и свистеть – так как рычать от отчаяния и безысходности был, по-видимому, физиологически не способен. Дым покидал его оболочку, как воздух из надувного матраца; и как тот же самый надувной матрац, тело Миазма постепенно скукоживалось и скукоживалось, оседая на пол. Наконец, из порождения эфирного мира вылетела последняя порция черного дыма, а сипение и свист перестали доноситься из его глотки. Миазм был повержен, и все, что от него осталось – это небольшая дурно пахнущая куча жижи бурого цвета, лежащая прямо под дверью спальни Писателя.

Очередной бой с Миазмом – хоть и не самый легкий – выигран. Теперь мне, как Стражу, нужно залатать оставшийся после чудовища Разрыв, а после… А после – отдых. Долгий и умиротворяющий отдых, пока не будет выявлен новый Разрыв или новый Миазм в окружении Писателя.