Бука, стой!

Кто-то в Чате считал, что они уже в аду, но явно ошибся – ведь Пашка точно умер, куда-то попал и его тут же начали мучать. «Это за то, что я прогуливал и врал маме» – всплыла дурацкая идея, рассеявшаяся после очередной порции толчков. Пашка с трудом разлепил губы и не сразу узнал звук собственного голоса, скрипящего и жалкого:

- Хватит…

Как ни странно, почти беззвучная мольба достигла цели – отбойный молоток исчез. И хотя сердце всё ещё ощутимо ныло, в этом «аду» можно было жить и даже дышать. Кроме того, кажется, пошёл дождь – Пашка почувствовал на своём лице тёплые капли.

«Какой дождь, когда у нас зима?»

С невероятным трудом он разлепил глаза и тут же был обнят и прижат к груди рыдающей навзрыд Лисой. В иных обстоятельствах он бы так и замер, стараясь продлить объятия подольше, но сейчас Пашке хотелось просто убедиться, что он в самом деле выжил. Вернулось ощущение конечностей, он воспользовался им, чтобы мягко отстраниться. Вокруг царил всё тот же заброшенный склад-лабиринт, но на этот раз без малейших признаков чудовищ.

Пашка мысленно повторил последнюю услышанную фразу после атаки скелета – значит, у Лисы получилось! Не сразу, но ей удалось вспомнить считалку. Она снова спасла их обоих, а затем вернула его к жизни. И это после того, как он подозревал её столько дней, боялся заговорить…

Взгляд Пашки скользнул по рукам Лисы – таким изящным, но удивительно сильным. Он уже открыл рот, чтобы поблагодарить её, но стукнувшая в последний момент мысль изменила слова:

- Ты потеряла гипс?

Она только молча всхлипнула и кивнула, ничего не сказав.

Обе её руки выглядели совершенно здоровыми. Если бы Пашка не помнил гипс на левой, из-за которого Лиса не могла прижать ладони к стене для ритуала со считалкой, он бы не заметил разницы. Поддавшись внезапному порыву, он легонько стиснул её предплечье – в том самом месте, которое оказалось повреждено после встречи с букой-зонтиком. Пашка ожидал, что Лиса вскрикнет, отдёрнет руку, но та только подняла на него заплаканные глаза.

- Трещина зажила? – неуверенно спросил он. «Нет, не может быть, прошло всего две недели...»

- Не зажила… – Лиса звучала так хрипло, словно сорвала голос, пока пыталась прокричать считалку. А может, сказывались рыдания над его, Пашки, бесчувственным телом.

- Тогда как?..

- Не было никакой трещины, Паша. Я тебя обманула.

Пашка разжал ладонь и отдёрнул руку как ошпаренный, в неверии уставившись на свою спутницу.