Белый волчонок

Для них большинство действий и знаний - новые. И учиться им так же естественно, как дышать. Ты думаешь о том, что умеешь делать. Подумай о том, что можешь. А ты - можешь.

— Но... Мне сложно уловить то, что не физическое. Ну, что я не могу... потрогать, — решаюсь я признаться.

— Что за глупость, — жрица все-таки оборачивается, но не злится - удивляется. — Это часть тебя, часть твоего тела, как рука или нога. Ты чувствуешь запахи, это физическое явление, хоть потрогать ты их не можешь. Твой мозг получает информацию, обрабатывает ее и выдает результат.

Ты можешь не знать источник, но ты точно определяешь что это.

Я задумываюсь о еде, в животе отзывчиво урчит.

— Закрой глаза. Теперь представь большой, сочный, прожаренный на открытом огне кусок мяса. Только снятый с мангала, остатки жира еще шкворчат, сок стекает по бокам. А теперь почувствуй его запах.

То ли я сильно хочу жрать, то ли она слишком хорошо описывает, но мне в нос ударяет аромат жареной отбивной. Да так, что чуть зубами не клацаю, чтобы откусить кусочек.

— Понял, о чем я? Теперь то же самое проделай с силой.

Я с трудом отгоняю образ уже мысленно остывающего мяса. Надо попросить на кухне приготовить мне стейк. Так, не отвлекаемся.

Сила внутри подрагивает, словно тоже голодна. Ей нравится образ. Стоп, не ей, мне. Это часть меня, как мой голодный желудок. Я сосредотачиваюсь на этой мысли. Руки, ноги, хм, хозяйство. И сила.

Ее разворачивает с таким хлопком, что я вздрагиваю.

Тело окутывает свечением и оно начинает расти, расползаться во все стороны. Становится жарко, резко, как по щелчку. Меня трясет.

— Все нормально, — убаюкивающий женский голос возвращает меня в реальность. — Держи ее. Не забывай - это часть тебя. Твоя нога, рука или что ты там себе представлял.

Явная насмешка охлаждает меня сильнее всего. Она что, мысли читать умеет? От непривычного смущения я непроизвольно внутренне сжимаюсь и силу тут же сворачивает обратно.

Мать вашу, ну и американские горки.

Как с таким вообще совладать то?

— А теперь давай еще раз. На этот раз не так быстро, отпускай потихоньку. Осторожно, как воздушный шарик на веревке. По чуть-чуть.

Мне приходится отдышаться, прежде чем снова вернуться к простому ощущению силы. Теперь я побаиваюсь трогать это вообще.

— Ты этим управляешь, а не наоборот, — успокаивает меня жрица. — Ты - главный. Просто не думал о том, что нужно удержать. И насколько.