Сукины дети 4. Бес

Не знаю, почему. Конечно, я бы предпочёл тренироваться без посторонних глаз, но умом понимал: если я сейчас не преодолею порог стеснительности, завтра запорю всё выступление.

Публика будет разочарована, и домоклов меч, повисший над крышей цирка, опустится ниже.

Тем временем Секундра Дасс помогал Зое. На щите были специальные крепления. На них можно было встать, широко расставив ноги, а за другие держаться руками. В дополнение индиец обхватил талию девушки широким ремнём, такими же - шею, запястья и лодыжки.

Девушка будет неподвижной - это хорошо. С другой стороны, она не сможет избежать удара, если нож полетит прямо в неё...

Я беспомощно посмотрел на Алекса. Но шеф лишь ободряюще подмигнул, и сложил руки на груди в ожидании представления.

Он знал, чем это закончится! - догадка была неприятной. - Знал заранее, ещё дома, в нашем особнячке. И ничего мне не сказал...

Потому что я бы тогда никуда не пошел.

После возвращения из Сирии я поклялся больше не убивать.

В мире и так много скорби, пусть хотя бы я не буду её преумножать. Но клятву я нарушил - во многом благодаря Алексу. Я дрался в Клетке и убил оборотня. На ночных экскурсиях мне приходилось убивать нежить - сродни которой являюсь я сам. И хотя это это было неприятно, я понимал, что поступаю правильно: не убью вурдалака сегодня - завтра он загрызёт какого-нибудь школьника.

Но здесь было по-другому. Мишенью была живая девушка. Как я буду себя чувствовать, если причиню ей боль? А если.

.. Если моя рука дёрнется и нож вонзится прямо в сердце?..

Возник образ: восковое бледное лицо, огромные провалы глаз, а на груди, с правой стороны, из-под рукояти ножа расплывается красное пятно... Оно становится всё больше, больше, и вот кроме этого пятна больше ничего нет.

- Сандро, ты готов? - голос шефа вернул меня к реальности.

Я оглядел собравшихся вокруг арены артистов. В глазах некоторых было ожидание развлечения, в других - вызов. Здоровяк в гавайке смотрел строго, с предупреждением.

И только индиец, оставив Зою в одиночестве, прикованную к мишени, дружески мне улыбнулся.

Тигр, на мой взгляд, повёл себя разумно: заняв место на линии между мной и Зоей, он наклонил тяжелую голову и зарычал. Хвост так и хлестал по бокам, когти процарапали заметные борозды в сером бетоне.

- Махендра! - Секундра осторожно приблизился к тигру, протянул руку и положил ему на загривок. Зверь недовольно рыкнул.