Новый Год плюс Бесконечность

И сдерживать его будем все вместе, сколько хватит наших сил. Поэтому — лети и торопись! Но сказать я сейчас хочу не об этом.

Тирд поднял голову и встретился со светлым и лучистым взглядом, в котором сквозила нежность и добрая забота о нем, злополучном неумехе и пентюхе, умудрившемся угодить, кажется, в самую неприятную из всех историй, которая только может случиться с почтовым голубем.

— Я верю, что однажды ты, Тирд, вернешься в наш лес. Ты пока еще не знаешь себя, но помни: разлука укрепляет только добрые чувства.

Память стирает все плохое и будит радостные надежды. Я буду ждать, что ты вернешься ко мне в самые скорые сроки. Прислушайся к себе, и ты тоже уверуешь в это.

Но времени подумать для единственно правильного ответа у Тирда уже не было. Голубка призывно глянула на него. Тирд собрался с духом и кивнул. И тогда голубка громко заворковала.

В тот же миг два ворона сорвались с дерева и стремительно понеслись на ястреба, закрывая своими широкими черными крыльями врагу полнеба.

А сизая голубка пулей вылетела из соснового убежища и стремглав понеслась в лес, в противоположную сторону от той, куда должен был держать путь королевский почтовый голубь.

Однако хабифальк только притворялся невозмутимым и безразличным к вороновым фокусам. Он догадывался, что корвус неспроста устроил перед ним беззаботную свистопляску. И когда вороны понеслись прямо к нему над головою удивленного охотника, его пернатый слуга был начеку. Увернувшись от хлопающих крыл и разинутых клювов, хабифальк в ту же минуту увидел вылетевшего из дупла голубя.

Он сразу разгадал хитрость корвусов, мгновенно спланировал вниз, почти к самому снегу у подножий деревьев. А потом стрелою взмыл вверх и стремительно помчался вслед за удиравшим голубем. Мгновение-другое — и голубь вместе с наседавшим на него хабифальком исчезли в лесной чаще.

С отчаянным карканьем вороны повернули и полетели вслед. Но разве им было сравниться в полете с такой птицей?! Ведь хабифальк унаследовал лучшие скоростные стати сокола и умение по-ястребиному ориентироваться меж деревьев и находить кратчайший путь, срезая углы и распутывая голубиные петли! Вороны тут же безнадежно отстали и теперь летели вдогонку тяжело, тревожно перекаркиваясь друг с другом и ища двумя парами суровых встревоженных глаз маленький силуэт меж темных деревьев, нависавших отовсюду как грозные стражи ночного леса.

Теперь настала очередь Тирда.