Новый Год плюс Бесконечность

Той, что очень любима молодой госпожой. Она в ней, видать, просто души не чает.

— Любопытно. Что же еще они говорят, эти слуги?

— Интереснее — не что, а — как, — возразил Арчибальд. — Они говорят о ней со страхом.

— Со страхом? О кукле? — недоверчиво проговорил баронет.

— Именно, — подтвердили хором оба слуги. — Все домочадцы ее боятся. С вашего позволения — очень боятся.

— Ах, вот как?

И Вадим призадумался.

Слуги же немедленно употребили эту паузу для ознакомления с содержимым очередной высокой бутылки с длинным, изящно изогнутым горлышком.

Похоже, винные возлияния никоим образом не сказывались на этих личностях, столь непохожих внешне, и вместе с тем внутренне очень созвучных во многом. Они напоминали Вадиму две дудочки, разные и величиной, и высотой тона, которые размеренно и внимательно по отношению друг к дружке вели одну общую мелодию, но на два голоса. И к тому же что-то в них было, Вадиму странно знакомое; точно он встречал уже в жизни если и не самих слуг, то, во всяком случае, отзвук мелодии этих двух дудочек. Мелодии удивительной, необычной и сразу запоминающейся надолго.

— Вот что, любезные мои, — наконец решительно заметил баронет. — Думаю, пришла пора положить конец дурацким страхам, бытующим в этом доме. Принесите-ка мне сегодня эту куклу. Я на нее посмотрю, а потом велю, что делать дальше.

— Будет исполнено, — твердо сказал Пьер. После чего кивнул Арчибальду и тихо прошептал: — Ну, Затейник, это по твоей части.

— Слышу, Искусник, — процедил сквозь зубы Арчи и добавил уже обычным тоном: — Можете не беспокоиться, сударь, к сумеркам этот зубастик будет у вас.

Но прошу учесть: к тому часу, когда фройлен имеет обыкновение отходить ко сну, куклу необходимо вернуть на прежнее место.

— Да, я тебя понял, — кивнул Вадим. — Но только почему же к сумеркам, а не сейчас? Что мешает это сделать, к примеру, сию минуту?

— Дело в том, сударь, — терпеливо пояснил Арчибальд, — что днем чертова кукла стоит в зале, прямо под елкой. И госпожа Мари строго-настрого приказала никому к ней не прикасаться.

Нынче в сумерки слуги заканчивают уборку в зале, и в это время куклу как раз можно будет взять. Что Арчи и сделает.

И он тут же поднялся, оправил костюм и вышел из комнаты, не забыв, однако, прихватить с собой недопитую бутыль.

— Ясно, — сухо сказал баронет вслед закрывшейся двери. — И еще, Пьер...

— Слушаю вас, сударь, — Пьер почтительно наклонил голову в знак глубокого внимания.

— Почему вы так друг друга называете? Какие-то прозвища...