Тайна жаворонка

Мы подумали, надо приехать и сообщить родителям, прежде чем размещать объявление в «Таймс».

Улыбка Алека Маккензи-Гранта осталась такой же лучезарной, как в детстве, когда они втроем часы напролёт устраивали в роще за поместьем Ардтуат логова пиратов и пускали бумажные кораблики. Он не был похож на других мальчишек начальной школы, куда ходили все трое. Те не удостаивали Флору ни малейшего внимания по двум причинам – она была на год младше и к тому же девчонкой. Но Алек всегда звал её участвовать в играх, поддержал в стычке с Вилли Мактаггертом, обижавшим Бриди, на спортивных соревнованиях взял в свою команду.

Они с Руаридом в те беззаботные времена были лучшими друзьями, а потом Алеку исполнилось десять, и его отправили в закрытую частную школу. Но, несмотря на это разделяющее обстоятельство, сын владельца особняка и сын смотрителя в каникулы были неразлучны, пока Алек не поступил в университет. Теперь он проводил свободное время в Лондоне или навещал английских друзей, но сейчас, когда он вернулся, всем троим казалось, что долгих лет разлуки будто и не было.

– Куда вы собрались? – поинтересовался Алек.

– Возвращаюсь на пристань в Олтбеа, – ответил Руарид. – Мне удалось вырваться на часок, повидать папу и Флору. Сегодня уже уплываем дальше. Мы в эскорте, сопровождаем «Нельсон».

– Ух ты, вот это приятно слышать, – улыбнулся Алек, – держи в курсе. Значит, ты на одном из эсминцев? Изумительно! Садись, подвезём – если вы, конечно, не хотите прогуляться, – он перевёл взгляд на Флору.

 – И ты тоже садись. Я знаю, как ценно подольше побыть с родными.

– Хорошо! А на обратном пути как следует вытяну ноги, – заявила Флора. Гордоны сели в новенькую машину, пахнувшую кожей.

– Я везу Диану в Акнашин, чтобы она успела на поезд, – объяснил Алек.

– Где вы живёте, мисс Кингсли-Скотт? – вежливо спросил Руарид.

– В Кенсингтоне, – ответила она сухо, давая понять, что не расположена к дальнейшим вопросам. На миг повисло неловкое молчание, а потом Алек сказал:

– Диана собирается поступать на дипломатическую службу.

Внести свой вклад в работу для нужд фронта.

– А Флора сегодня весь день вязала, – заявил Руарид, – тоже вносит свой вклад.

Флора вспыхнула от стыда. Вязание казалось таким жалким в сравнении с дипломатической службой!

Пока Алек вёл машину, она молчала и слушала, как мужчины обмениваются впечатлениями от службы в военно-морском флоте.